Екатерина снова кивнула.
– И по какому пути мы пойдем теперь? – спросил Томас.
Я обратился к Сесилу:
– Прежде всего в варианте ссоры мы не можем не учитывать такую возможность, что один из троих скрывшихся взял с собой книги. Если так, они могут попытаться тайком вывести их из страны. Какого рода наблюдение вы можете установить в портах?
– Я осторожно принял меры на таможне, чтобы все отправляющиеся грузы тщательно осматривали, – рассказал Уильям. – Конечно, основное внимание таможенники обращают на товары,
– И если их найдут? – прервал я его.
– То доставят мне. – Сесил потрогал одну из родинок у себя на лице. – Лорд Парр любезно выделил мне много золота, чтобы смазать эти колеса.
– А что, если книги отправят из Бристоля, или из Норвича, или вообще на маленькой лодке, тайно отплывшей из какой-нибудь бухты?
– Тогда мы ничего сделать не сможем, – уныло проговорил дядя королевы и посмотрел на меня. – Я могу предвидеть, что какая-то радикальная группа пошлет записи Анны Эскью за границу Бойлу или кому-нибудь вроде него, чтобы напечатать и тайком ввезти обратно в Англию. Но «Стенание»?.. Если хоть немного подумать, очевидно, что его печать и распространение не принесет ничего, кроме вреда королеве.
– Я косвенно сталкивался с фанатизмом, – ответил я. – Эти люди могут активно стараться завербовать сторонников в тех местах, откуда можно получить секретную информацию, особенно такую, которую можно будет опубликовать. Они даже могут понимать, какой вред способны нанести королеве, но их это не очень волнует, если они считают, что их действия могут поднять народ на восстание.
И снова в помещении повисло молчание. Я тихо продолжил:
– У нас по-прежнему есть две нити, не отработанные до конца, и обе критические. Два человека. Кто такой Стайс, человек с поврежденным ухом, и на кого он работает? И кто такой, черт возьми, Гуроне Бертано?!
– Имя Бертано никому не известно, – ответил Кранмер. – Хотя, как вы знаете, есть что-то, какая-то инициатива, вращающаяся только среди близких к королю религиозных традиционалистов. Понятия не имею, может ли она иметь отношение к этому человеку. Но могло случиться так, что кружок Грининга завладел еще одной, третьей тайной – именем и задачей этого человека. Но от кого они могли об этом узнать?
– Это имя определенно перепугало Элиаса.
– Мы не смеем проводить расспросы слишком явно, милорд архиепископ, – сказал лорд Парр. – Если этот Бертано связан с какими-то тайными махинациями консерваторов и я или брат королевы начнем спрашивать про это имя, нас могут спросить, где мы его услышали.