Юнас раздраженно потер виски. Во второй половине дня начинается стресс, когда столько народу ходит туда-сюда. А сам он к этому времени обычно уставший после долгого дня. Однако мог бы вспомнить, в чем тут дело, если даже он сделал коротенькую заметку, которую потом забыл расписать.

Он изо всех сил напряг память. Она включилась не сразу, как не желающий заводиться замерзший мотор. Но потом он вспомнил. Отметку сделал не он, а его коллега, Кассим Хуссаинбор. В ту пятницу он пришел раньше, до начала своей ночной смены. Просто повезло, что их оказалось двое, учитывая, что потом началось. Сам он вынужден был утешать сотрудников, столпившихся у входа, а Кассим записывал тех, кто проходил в здание.

Юнас написал себе бумажку и положил на стол, чтобы не забыть спросить Кассима об инициалах, написанных от руки на полях, когда тот придет на ночную смену.

Глава 43

Глава 43

Мужчина отключил видеокамеру и снял с Пролига рубашку. Она ему больше не понадобится. Затем пнул ногой стул, к которому скотчем были привязаны ноги Пролига, и посмотрел, как тот падает на пол. Пролиг заметно похудел после курса голодания и клизм, однако приземлился с мясным шлепком.

Последнее видео готово к публикации на тайном форуме, в котором он состоит. Он почти закончил. Остался только таймер. Обратный отсчет. Он и его друзья по форуму активно обсуждают вопрос наказания, вины, юриспруденции, возмездия и решения споров «по понятиям». Их голоса много для него значат. Большинство, как и он, считают, что современный взгляд на наказание — уход и реабилитация — совершенно изжил себя. Хватит уже нянчиться с преступниками. Око за око.

На форуме он представит свой фильм как пьесу. Фиктивный суд, но с актуальным содержанием. А потом зрители будут голосовать. Если до истечения суток он наберет 100 лайков, то приведет в исполнение наказание — смертную казнь. Впрочем, те, кого он призвал голосовать, об этом не подозревают.

Мужчина посмотрел на кучу, лежавшую на полу. Пролиг не шевелился. Однако долгое заключение не привело к примирению. Мужчина почувствовал, как болит голова. Боль внутри него не унималась, ничто не могло ее смягчить. Оставалось все то же чувство собственной несостоятельности. Он опоздал. Его отец умер и никогда больше не вернется. Этого уже не изменить. Отогнав эти мысли, он запер снаружи дверь в подвальное помещение. Скоро и Пролиг последует тем же путем.

Мужчина запечатал щель вокруг двери изоляционной массой.

Теперь помещение герметически закупорено. Набухшие жилы на лбу у Пролига придавали ему неприятный, какой-то нечеловеческий вид. Все станет еще хуже, когда кислород в комнате закончится по-настоящему.