Водитель лимузина безмолвно открыл дверь и показал КК, что она должна подняться на борт. Блондинка-стюардесса на английском языке с немецким акцентом попросила ее пройти в хвост. Кэтрин вошла в спальню, отделанную полированными сосновыми панелями, с громадной кроватью, и не успела повернуться, как дверь за ней захлопнулась.

Прошло полчаса, но никто пока с ней не говорил. КК сидела, вцепившись в два тубуса, спрашивая себя, куда они на сей раз увезли ее сестру, и думая о том, какими они все были неосторожными, позволив людям Иблиса захватить Синди.

Самолет чуть дернулся и стал выруливать. Двигатели начали набирать обороты и заработали в полную мощность. Самолет промчался по взлетной полосе, а потом под крутым углом устремился в небо. Ускорение было так велико, что КК вдавило в кровать. Она посмотрела в маленький иллюминатор, увидела, как исчезает вдали Стамбул, превращаясь в два маленьких полуострова среди моря воды.

Кэтрин подумала о Майкле, о злости и смятении, которые он, вероятно, испытывает в связи с ее внезапным исчезновением и пропажей того, что досталось им такой дорогой ценой. Но речь шла о сестре, которая снова, как и всегда прежде, определяла поступки КК. Самолет продолжал набирать высоту, и КК все яснее осознавала: она оставляет то, что по-настоящему любит, ее единственный шанс начать настоящую жизнь. Она знала, что не сможет вернуться оттуда, куда летит, потому что шансов выжить почти нет.

Дверь открылась, и в спальню вошел Иблис. Посмотрел на КК и улыбнулся. Его одежда в засохшей крови, пятна крови на лице, руки словно выкрашены темно-вишневой краской, а пальцы… пальцы на удивление чисты в контрасте со всей остальной наводящей ужас внешностью. В правой руке он держал маленький кожаный портфель, словно прибыл на деловую встречу.

— Где моя сестра?

— Она в порядке, КК. Расслабься, — сказал Иблис, кладя портфель на ночной столик.

— Где она?

— В носовой каюте.

— Я хочу ее увидеть, — ультимативным тоном сказала КК.

И в это же мгновение в дверях появилась Синди. Она словно взялась ниоткуда, спокойная и уверенная. Шли секунды, но ни слова не было сказано, ни одна эмоция не отразилась на их лицах. Наконец Иблис взялся за ручку и закрыл дверь, прервав неловкое мгновение.

Он подошел к КК и без слов взял у нее тубусы, стреляя глазами то в лицо КК, то на два кожаных чехла.

— Учитель всегда умнее.

Он снял крышку с первого тубуса, засунул внутрь руку и вытащил посох. Осторожно держа его в руках, рассмотрел головы змей, убедился, что серебряные зубы настоящие. Явно пораженный усаженной драгоценными камнями кожей, вернул посох в тубус. Заглянул внутрь, потом поднял разочарованные глаза на КК.