Память Грейса всегда производила на Брэнсона большое впечатление.

— Верно.

— Поскольку он застрял в другом городе из-за отложенного авиарейса. Так куда, по его мнению, отправился Майкл Харрисон? На Каймановы острова?

— Ты же видел невесту Харрисона. И мы с тобой согласились, что ни один человек, пребывая в здравом уме, такую не бросил бы и не сбежал. К тому же…

— К тому же что?

— Она врет. Я проверил ее на твоем трюке с глазами. Спросил, известно ли ей про счет на Каймановых островах, она сказала, что ничего не известно. И соврала.

— Может быть, она просто выгораживает жениха. — Грейс задумался. — Так какие у тебя пока что есть версии?

— Возможно, дружки Майкла решили с ним поквитаться, связали его и где-то оставили. Или с ним случилось несчастье.

— Если бы друзья-приятели задумали какую-то проказу, скажем, привязать Майкла к дереву, его деловой партнер, Марк Уоррен, наверняка знал бы об этом.

— По словам мисс Харпер, ему известно, что друзья затевали что-то, однако, к какому решению они пришли, он не знает.

— Общую тревогу ты объявил?

— Да, фотографию Харрисона разослали сегодня утром. Объявлен в розыск как пропавший без вести.

Грейсу показалось, что над головой его проплыла черная туча. «Пропавший без вести». Эта фраза всякий раз сильно действовала на него, напоминая о том, что произошло с ним самим. Он подумал о той женщине, Эшли. До свадьбы остался один день, а ее мужчина исчез. Что она должна чувствовать?

— Гленн, ты говорил, тот парень был большим шутником. Может, он просто задумал очередную проделку и вот-вот объявится, улыбаясь от уха до уха?

— После гибели четверых его лучших друзей?

Мобильный телефон Брэнсона дважды резко звякнул. Он ответил на вызов.

— Гленн Брэнсон… Да? Хорошо, отлично. Через час буду. — И глядя на Грейса, сказал: — Из компании «Водафон» только что пришла распечатка сигналов, полученных с телефона Майкла Харрисона. Не хочешь поехать со мной в участок?

— Да, конечно.

Вода продолжала подниматься. Майкл лихорадочно проработал всю ночь, пиля дерево острым стеклом, и теперь руки его ныли от усталости.