– Я говорю, – сказал Сэмьюэлс. – И некий информатор, имени которого я не буду упоминать по понятным причинам.

– Ну, вы нашли здесь что хотели, или заставите меня показать вам папки с документами?

– Нет, ты смотри, какой буйный выискался, – ухмыльнулся Мак Ивой.

– А вас вообще не спрашивают, – огрызнулся я.

– Ну хватит! Просто расскажите мне, Фостер, что вам удалось выяснить, и на этом ваше участие в деле будет закончено. Вы меня поняли?

Кивнув на Стёрджена, я спросил:

– Нам нужны сторонние слушатели?

– Стёрджен, подождите снаружи, – распорядился Сэмьюэлс.

Понуро ссутулив плечи, Стёрджен вышел в приемную. Сэмьюэлс закрыл за ним дверь. Я прислушался, но дверь из приемной в коридор не открылась – то есть Стёрджен остался ждать внутри.

– Значит, мой приятель из «Кроникл» все-таки заложил меня? – сказал я, беря сигарету из лежавшей на столе пачки.

– С чего вы взяли?

– А только он был в курсе.

– Ну, думайте что хотите, – пожал плечами Сэмьюэлс.

– Как я понимаю, вам уже известно все, что известно мне. Что в декабре перед самым Рождеством еще одна женщина была убита таким же способом, как Эрхардт. Ее так и не опознанный труп был найден в Харбор-Сити. Это, разумеется, натолкнуло меня на мысль о том, что обе женщины, возможно, были убиты одним и тем же человеком. Вы понимаете, почему мой ход мыслей был таков?

Поджав губы, Сэмьюэлс скосил взгляд в сторону. Все он прекрасно понимал, но, как мне показалось, слышал об этом впервые. Так что, может быть, даже и не Фишер заложил меня, а кто-то другой.

– Ну и кто была эта мертвая женщина? – спросил Сэмьюэлс.

– Ее так и не опознали, – повторил я, нарочно медленно выговаривая слова. – Вы можете найти все, что мне известно, в «Сан-Анжело таймс» за 23 декабря.

– Хорошо. А что там с этим трупом на набережной в Харбор-Сити прошлой ночью? Или вы думали, мне об этом неизвестно?

– Это другое дело, по которому я работаю.

– Но этот убитый связан с другим актером из картины, где снималась Эрхардт, и мне это не нравится.