Винтер решил рассказать поподробнее о причинах их интереса. Коэн пошел за кофе. Якобссон сообщил, что, если ему не позволят закурить, он умрет на месте. Винтер достал специально купленную для такого случая пачку «Принца», распечатал, протянул Якобссону и дал ему прикурить. И сам закурил сигариллу.

— Ну и вонь, — удивился Якобссон.

Винтер кивнул — да, мол. Вонь.

Пришел Коэн с кофе и коричными булочками. Якобссон начал жевать булочку, держа в другой руке дымящуюся сигарету.

— Может, она еще дома, — сказал он.

— То есть, отправляясь на почту, вы ее с собой не брали? Думаю, в ваших интересах нам помогать.

— О’кей, о’кей, я ее выкинул позже.

— Позже? Выкинул? Когда?

— Там, на почте. В корзину для мусора.

— Почему? Вам же надо было внести еще одну квартплату?

— Нет… вы раньше от фонаря сказали, а так и есть. Мне надо было заплатить за два месяца.

— Так… а теперь вы говорите правду?

— Да.

— Почему я должен вам верить? Вы же врали до этого.

Якобссон пожал плечами:

— Я же не знал, в чем дело… Жуткая история. Нет… в такие дела никому неохота быть… замешанным. — Он поискал глазами пепельницу, и Коэн подвинул ему пустое блюдце из-под булочек. Якобссон осторожно поднес сигарету к блюдцу и стряхнул длинный столбик пепла. — Я ни в чем не замешан. Ничего плохого не сделал.

— А зачем тогда врете насчет этой женщины?

— С чего бы это мне врать? Ничего я не вру.

— Вы говорили, что она подошла к вам, когда вы вышли из машины. Так?

— Так.