— Это я поняла.

— Разрешите? — Винтер взял ее за руку и вывел на середину деревянного пола, отбрасывающего теплые лаковые блики от торшера.

— Это еще что такое? — Она откинула голову и внимательно посмотрела ему в глаза.

— Дональд Бёрд.

— Я имею в виду не музыку… Ты решил потанцевать? Это сюрприз.

— Жизнь полна сюрпризов…

— Ты что — выпил?

— Попрошу молчания… — Они сделали несколько па, а когда Бёрд закончил соло и вступил саксофон Колтрейна, он резко повернул ее направо и прижал к себе.

— А если я не хочу танцевать?

— Shut up…[20]

Он не мог вспомнить, когда танцевал в последний раз. Пятничный вечер начинается совсем неплохо. Танцы… Она принесла вино, лангустов…

— Тебе хорошо так же, как и мне… — шепнул он ей в ухо.

— Shut up…

Они танцевали, пока не кончилась музыка. Потом пошли в кухню. Он начал готовить коктейль.

— Когда ты в последний раз пил сухой мартини? — спросила она.

— Лет пять назад… Stirred or shaked?

— Shaked of course, not stirred.[21]

— О’кей… если удастся.

Она внимательно посмотрела на него. Лицо заострилось, бледный. Под расстегнутым воротом сорочки рельефный рисунок сухожилий. Он поднял голову и улыбнулся.

— Ты что-то празднуешь, Эрик?