– Теперь внимание. Можешь сосредоточиться? У нас не так много времени, – довольно вежливо и спокойно произнес человек. Это был голос хирурга, который простым языком объясняет сложную процедуру для раздраженного пациента. Они молча взглянули друг на друга, и затем, без всякого предупреждения, человек пнул ногой табурет, выбив его из-под ног Гибсона. Тот с грохотом отлетел в сторону, ударившись о дальнюю стену подвала.

Гибсон осел вниз не больше чем на дюйм, но разница вышла колоссальная. Это был тот чертов дюйм, который отделял жизнь от смерти. Веревка резко перехватила его вес и врезалась в плоть чуть ниже челюсти. Сухожилия на шее и плечах готовы были вот-вот порваться, лопнуть, словно какие-нибудь сорняки. Ноги забились в воздухе.

Человек выступил вперед и мягко похлопал его по ноге. Гибсон чувствовал только одно: беспомощное отчаяние. И еще – сожаление, которое, видимо, неизменно сопровождает преждевременное завершение любой жизни. Его сожаление было холодным и не приносило никакого успокоения. В голове пронеслись какие-то слова, которые ему хотелось бы произнести, и лица людей, с которыми он так и не поговорил…

Вон думал, что быстро потеряет сознание. Именно так происходило в кино. Несколько мгновений беспомощной борьбы, прежде чем веревка выдавит наконец остатки жизни из своей жертвы. Но вместо этого он висел и прислушивался к обрывкам дыхания и пульсации крови в висках.

– Это так называемое короткое падение, – сказал похититель. – Обрати внимание, что, в отличие от стандартного повешения, или долгого падения, твоя шея остается цела. Сейчас это может показаться благословением свыше, но в конце ты пожалеешь, что тебя не повесили как обычно. Есть одновременно хорошие и одновременно плохие новости. Ты проживешь дольше, но и только. Большинство людей считает, что они всегда хотели бы прожить дольше, но двадцать минут на конце веревки – это слишком долгое время ожидания смерти. Долгое время, чтобы сожалеть о вещах, которые нельзя изменить и которые больше не имеют для тебя никакого значения.

Человек обхватил руками ноги Гибсона и приподнял его. Под его ногами скользнул табурет, и Вон, слабея, нащупал его под собой.

– Итак, чтобы мы поняли друг друга, – сказал человек. – Думаю, человеку в твоем положении полезно заранее понять, какое его ждет наказание. Наказание на тот случай, если я не получу удовлетворения. Ты спросишь, как меня удовлетворить? Хорошо. У меня есть к тебе вопрос. Только один, но – важный. Я буду задавать его, пока не удовлетворюсь твоим ответом. Пока не удовлетворен… короткое падение. Понимаешь?