Надо сосредоточиться. Рассеять туман. Он не учел какую-то деталь.
Чарли попытался вспомнить все известные ему детали, рассмотреть каждую в отдельности и снова сложить воедино. Фотография убитого Майлза Эллиндера, база данных Сандры Барнсдейл, рассказ Берти Рака, завещание Евы Миллер.
Его приятель из Управления по борьбе с терроризмом, Джайлс, небрежно заметил во время их последнего разговора: «Дьявол кроется в деталях».
Чарли достал свой смартфон и вывел на экран заключение патологоанатома, которое прислал ему Джайлс. Затем свернул заключение, нашел в памяти базу данных, переданную Реном, и, введя фамилию, нажал на «поиск».
Теперь Прист знал, что делать. Он посмотрел прямо на распашные двери.
Стащив с головы капюшон, он швырнул его в горшок с комнатным растением и пригладил взъерошенные волосы. Миновав двери, он двинулся туда, откуда доносились голоса и грохот посуды. Когда Чарли дошел до еще одних дверей, они вдруг распахнулись, и он едва не столкнулся с официантом, несущим поднос с канапе.
– Осторожнее! – крикнул официант.
– Извини, – буркнул Прист и, незаметно вынув из заднего кармана брюк официанта торчащую белую салфетку, переложил ее в задний карман своих собственных брюк.
Последние из дверей привели его в кухню. Здесь готовили рыбу. Судя по запаху, это камбала.
– Не перегрей масло, – посоветовал он, проходя мимо повара, двигающего по конфорке сковороду с рыбой. – Она легко подгорает.
– Кто ты такой? – крикнул шеф-повар, стоящий по другую сторону плиты.
Он был высок, и лицо его избороздили морщины, глубокие, как траншеи.
– Мистер Рак попросил принести ему две бутылки «Шато Мутон Ротшильд», – ответил Прист.
Шеф-повар явно заподозрил что-то неладное – прежде он никогда не видел этого официанта. Но Прист сделал ставку на инстинктивное человеческое стремление избегать неприятных выводов, когда ты в чем-то не уверен. Этому его научил отец.
– У нас нет двух бутылок, – коротко бросил шеф-повар.
– Тогда что-нибудь в этом роде, – сказал Прист и стал ждать.