- Не-приятность?! – Феруччи мотнул головой и сплюнул на пол. - Единственная, мать вашу неприятность – это моё нахождение… ик!.. на этом паршивом приёме! Наш доблестный губернатор только и делает, что… ик!.. мелет языком, как помелом, а толку от этого?! Хер!

- Вы не одобряете действий Бориса Нурминена? – прищурился Стерн.

- Т-тебе-то что за дело, торгаш?! – осклабился Феруччи. – Вы все одним говном вымазаны! Вас лишь собственная прибыль заботит… ик! На всё же остальное вам насрать! Хочешь, я скажу тебе, что ты будешь делать после этого приёма?

- Ну? – левая бровь фарадейца изогнулась наподобие ганианской штурмовой сабли.

- Ты нажрёшься, перетрёшь со своим другом-задохликом, а потом будешь трахать свою сучку всю ночь! – Феруччи нагло расхохотался Стерну прямо в лицо, обрызгав инквизитора своей слюной. Стерн слегка поморщился, вынимая из кармана своей куртки носовой платок и тщательно отирая им лицо, но более никак не реагируя на слова Феруччи. – Вот чем ты будешь заниматься, Дэйн ван Райк! И я тебе по-настоящему завидую, чтоб в твоей жопе завелись дажжи!

Хасимир перевёл взгляд своих осоловелых глаз на Кассандру, которую при этом передёрнуло, и пошловато причмокнул губами.

- Охренеть какая цыпочка! – произнёс аристократ. – Я с неё весь день не слезал бы, клянусь мудями Духа Космоса! Она бы у меня узнала, что такое настоящий муж…

Договорить Феруччи не сумел. Стальные пальцы стиснули его горло, грозя раздавить гортань, перекрыв доступ воздуха в лёгкие.

- За такие слова я с тебя живого кожу сдеру, паскуда! – прошипел Стерн, буравя Феруччи злобным взглядом. – Если ты нажрался, как глип, то хотя бы изволь за своим языком следить, мразь болотная! А то я его быстро вокруг твоей шеи морским узлом завяжу!

- Хр-р… аргх… кха-кха… - это было всё, что сумел выдавить из себя Хасимир. На большее его усилий просто не могло хватить.

- Ты сейчас же попросишь прощения у леди и после этого покинешь это помещение, - голосом, холодным, как ночной северный ветер на Снежной, произнёс фарадеец. – В противном случае, ты всё равно покинешь это помещение, но только в пластиковом мешке для трупа. Я понятно изъясняюсь, Хасимир Феруччи?

Стерн слегка ослабил свою хватку, чтобы аристократ смог хотя бы что-то произнести.

- Кха-кха… …ный колобок! – вырвалось у дакотца. Почему именно «колобок» и какие ассоциации возникли у него в мозгу, Стерн сказать не мог. – Да ты на кого руку свою поднял, падла?!

Феруччи попытался было ударить инквизитора. Честно говоря, он и в трезвом состоянии вряд ли смог бы что-нибудь путное сделать, а уж в подпитии – и подавно. Стерну не составило особого труда сбить Феруччи с ног и провести против него болевой приём, выгибая правую руку аристократа под довольно опасным углом. Ещё чуть-чуть – и вмешательство хирурга-травматолога было бы неминуемо.