Бензин зашипел, и разгорелось пламя. Сначала медленно – не настолько эффектно, как она ожидала. Но потом огонь все быстрее побежал по ступеням.

Инга вышла на улицу и закрыла за собой дверь. Ей нравилось слушать вопли Гроссманна. Хорошо все-таки, что она не отрезала ему язык.

Она села в черный «БМВ». Из окна гостиной уже вырывались языки пламени.

* * *

Анну Катрину привели в чувство дикие крики Гроссманна. Она сразу поняла, что ее жизнь в опасности.

Она сорвала с кровати покрывало и принялась забивать им огонь. Сухое горючее разлетелось по комнате. Загорелся даже потолок. Лестница пылала ярким пламенем.

Анна Катрина подбежала и открыла окно. Огонь начал с жадностью пожирать поступающий кислород.

– Спаси меня, и спасешь всю Остфризию! – закричал Гроссманн.

Она подскочила к нему и принялась кромсать ножницами канат на левом запястье.

– У кого чемодан? Как зовут шантажиста?

– Я все скажу! Но сначала вытащи меня отсюда!

Анна просунула лезвие ножниц между его левой рукой и канатом. Канат сидел чертовски туго.

Она освободила его.

– Имя и адрес! – приказала она. – Я больше ничего не сделаю, пока не услышу.

– Нееле Шаард, – прохрипел он, – из Зюдернойланда!

Он мог назвать вымышленное имя, но Анна Катрина ему поверила.

Пожар уже подбирался к их ногам. Пылающая ширма упала.

Анна обрезала второй канат и потащила Гроссманна из кровати к окну. Другого выбора не было. Приподняла его и высунула верхнюю часть тела наружу. Снежинки шипели в огне.

Гроссманн вцепился в Анну Катрину. Она освободилась от хватки. Он полетел вниз и тяжело упал на крышу «Гольфа».

Анна Катрина спрыгнула вслед. Приземлилась на тело Гроссманна и сломала ему четыре ребра.