— Она жива?
— Она жива?
— Ну а как ты думаешь? Маккензи была главной причиной, почему я решила взяться за это, и причем давно. Моими главными целями всегда были ты и Маккензи. Другие — просто побочные жертвы Мне было любопытно посмотреть, как далеко ты зайдешь, и тебе удалось зайти довольно далеко, ага? Мне до сих пор нравится, как ты ухватилась за идею приехать в Диксон, чтобы попытаться убедить меня помочь тебе. Конечно, я не сразу согласилась с планом. Меня нужно было уломать. И ты сделала все возможное. А потом ты была так довольна с собой, что рассказала своей бывшей лучшей подруге, какую отличную работу ты проделала. Как будто ждала, что тебя за это погладят по головке.
— Ну а как ты думаешь? Маккензи была главной причиной, почему я решила взяться за это, и причем давно. Моими главными целями всегда были ты и Маккензи. Другие — просто побочные жертвы Мне было любопытно посмотреть, как далеко ты зайдешь, и тебе удалось зайти довольно далеко, ага? Мне до сих пор нравится, как ты ухватилась за идею приехать в Диксон, чтобы попытаться убедить меня помочь тебе. Конечно, я не сразу согласилась с планом. Меня нужно было уломать. И ты сделала все возможное. А потом ты была так довольна с собой, что рассказала своей бывшей лучшей подруге, какую отличную работу ты проделала. Как будто ждала, что тебя за это погладят по головке.
Элиза молчала.
Элиза молчала.
— Ладно, так и быть, признаюсь: последние несколько месяцев я регулярно наведывалась в Брин-Мор. Я знала, придет время, когда я буду вынуждена действовать. И это время настало прошлой ночью, когда ты, Эмили и Кортни приехали и устроили стычку с моей матерью.
— Ладно, так и быть, признаюсь: последние несколько месяцев я регулярно наведывалась в Брин-Мор. Я знала, придет время, когда я буду вынуждена действовать. И это время настало прошлой ночью, когда ты, Эмили и Кортни приехали и устроили стычку с моей матерью.
Грейс немного подождала, но Элиза по-прежнему молчала.
Грейс немного подождала, но Элиза по-прежнему молчала.
— В любом случае, я поехала в Брин-Мор и последовала за Маккензи, когда она вышла из дома — она выходила почти каждый вечер, чтобы встретиться с тем или иным мужиком, — и мне удалось юркнуть в ее внедорожник. Увидев меня, она закричала. Не знаю, кричала потому, что узнала меня, или потому, что я держала пистолет. В любом случае, она сделала то, что я ей велела. Если честно, я ожидала борьбы, но, полагаю, вся ее выдержка — даже в школе — была показной. Когда ее найдет полиция, будет похоже, что она скончалась от передоза наркотиков и алкоголя. Копы найдут на ее телефоне то же приложение, каким ты пользовалась все это время. Сомнительно, что они смогут получить к нему доступ, и даже если им это удастся, все сообщения исчезнут, но все равно установят, что ты с ней общалась. Какая жалость, правда? Я уверена, что ее семья и все мужики, с которыми она трахалась, будут по ней скучать. Кстати, перед ее смертью я сказала ей то же самое, что и тебе.