– У вас губа рассечена, – объясняет он.

В следующее мгновение я достаю свою салфетку. Во рту ощущается металлический привкус крови. Позже к губе будет приложен лед, чтобы ее не раздуло. Но сейчас я довольствуюсь бальзамом, что лежит в моей косметичке.

Это точно такой же бальзам для губ, что вы забыли у меня дома на прошлой неделе. Тот самый, что придает вашим губам заманчиво розовый оттенок.

На тюбике – эмблема компании «БьютиБазз». Бальзам произведен вашим работодателем, Джессика.

Телефон компании найти не трудно.

Пока вы с моим мужем что-то втайне замышляете против меня, я звоню в «БьютиБазз».

Если к кому-то обращаются тоном, не терпящим возражений, его требования выполняют. Секретарь приемной, ответившая на мой звонок, соединяет меня с менеджером, а та в свою очередь обещает немедленно связаться с владелицей компании и передать ей мою информацию.

Судя по всему, в «БьютиБазз» категоричны в отношении сотрудников, нарушающих условия договора о недопущении конкуренции.

Вы не раз давали понять, что хотели бы на время праздников уехать из Нью-Йорка.

Этому не бывать, Джессика.

Зато, по-видимому, у вас внезапно появится вагон свободного времени.

Наказание всегда должно быть соразмерно тяжести преступления?

Потеря работы – недостаточно суровое возмездие.

Но, пока вы расслабляетесь в кабинете моего мужа, появляется возможность наказать вас соразмерно.

На углу здания, соседствующего с тем, где находится врачебный кабинет Томаса, останавливается парень в дутой синей куртке с красными молниями. Он смотрит по сторонам, словно кого-то ждет.

Я сразу узнаю его. Это тот самый молодой человек, который радушно обнимал вас недавно вечером. Тот самый, которого вы от меня скрыли.

Пока вы воркуете с моим мужем, на тротуаре у здания Томаса спонтанно завязывается другая беседа с глазу на глаз.

Согласитесь, ведь это справедливо?

– Позвольте представиться. Доктор Лидия Шилдс.