– Сам не догадываешься?

Филон, вновь отвернувшись от собеседников, теперь сидел прямо, и по положению головы можно было предположить, что он внимательно рассматривает пешеходов, вынужденных огибать его раскорячившийся на тротуаре брутальный внедорожник. Пальцы Филона нервно барабанили по рулю, и Артем почему-то решил, что их наниматель совсем не так равнодушен, как хочет казаться, и что люди ему действительно нужны срочно. Неизвестно, что там наплела ему Дашка, и вообще, почему Дашкино мнение вдруг стало таким важным, но Филон, похоже, действительно хотел нанять именно этих пацанов.

– Догадываюсь. Тачки угнанные? – проникновенным голосом поинтересовался Артем.

Филон презрительно фыркнул и, напустив на себя вид человека, вынужденного опускаться до разъяснения элементарных вещей, неохотно процедил:

– Может, и были когда угнаны, хер их разберет. Только теперь это тачки со всеми документами, включая страховку со вписанными в нее перегонщиками. И каждую из этих тачек заказывает конкретный чел, которому ее нужно подогнать. Еще вопросы будут? – добавил он тоном, демонстрирующим всю нежелательность дальнейших проявлений любопытства.

– Да не, чего там, – бодро начал Денис. – Вроде все понятно. Скажите, а в какие города в основном придется ездить?

– Мы подумаем до завтра? – вдруг спросил Артем. – Хорошо?

На несколько секунд в салоне повисла тишина, и Артему показалось, что их несостоявшийся наниматель сейчас психанет, но тот лишь пожал плечами и вполне спокойно ответил:

– Хорошо, подумайте. До завтра.

Последнее слово он произнес с явным нажимом.

– И ты прикинь, Юль, когда все уже было на мази, вот этот деятель, – Денис ткнул пальцем в Артема, сидящего напротив с упрямо насупившимся видом, – вдруг заявляет – мы, типа, подумаем. Ты о чем думать собрался, дурик? – подавшись вперед и нависнув над постеленной на земле скатертью, насмешливо обратился он к брату. – О том, как бы к папашке насчет бабок подъехать и какую бы мазу слепить, чтобы дал побольше? А потом ведь еще новую лепить придется: куда, типа, столько потратил? И долго ты собираешься просить и оправдываться? Самому надо бабки делать, понимаешь, са-мо-му. Под лежачий камень портвейн не течет.

Услышав последнюю фразу, Артем невольно улыбнулся. Отец часто рассказывал ему о временах своей непутевой юности, и он знал, как много лет назад местный бандит-шестерка по кличке Самурай именно поговоркой о портвейне и камне боролся с инфантильностью молодого раздолбая Пашки Никитина, пытаясь вовлечь его в свои бандитские делишки.

– Юль, Даш, вы смотрите, он еще улыбается, – театрально всплеснул руками Денис и поглядел на девушек, словно приглашая их в свидетели. – Ему весело. Бабла нет ни хрена, а ему весело. Пацану девятнадцать лет, на папкины деньги живет, ему предлагают заработать, а он заднюю включает. Хоть бы девчонки своей постеснялся.