— Давай и я на бережку посижу, там веселее. А то волны бросать начинают неласково.

Оставив на воде буек с лампочкой, Миша подвел катер к берегу. Стоя на носу, я зацепил багром за опору пристани и цепью привязал к ней катер. Кое-как вскарабкался по крутому склону наверх, отряхнул, привел в порядок потерявший свежесть английский костюм в мелкую клеточку.

Мише надоело сидеть на воде. Он полез по моим следам, попросил:

— А ну, подай руку.

Я зацепился рукой за бревно, что сбоку окантовывало пристань, и, вдруг наткнулся рукой на торчащий из него огромный гвоздь. Сердце сразу екнуло — неужели послание от маньяка?! Провел, по гвоздю рукой — бумажка! Я сразу стал энергичным, деятельным, достал из кармана фонарик, включил: точно, гвсздь-штык, а на нем наколота бумажка — листок из школьной тетрадки в клеточку.

— Миша! — заорал я. — Давай руку, — и разом выдернул его на пристань.

— Что такое, детектив, тебя убивают?

— Уже убили, лежит где-то здесь холодненький. Вызывай срочно Шестиглазова с бригадой! И пусть Граю немедленно сообщит.

— Да что случилось, скажи толком?

— Маньяк снова след оставил. Где-то здесь, недалеко от нас, покойник лежит.

— Третий, третий… — заторопился юный ефрейтор. — Детектив Крылов нашел на пристани огромный гвоздь, вбитый в бревно, и на нем записка от НАГа. Что мне делать?

У дежурного разом изменился голос. Только что это был измученный человек, а теперь с нами говорил молодой энергичный руководитель:

— Миша, мальчик мой, теперь ты у нас центровой. Высылаю бригаду. Пока она не подъедет, все работаем на тебя. Обнажи ствол, ляг, займи оборону. Убийца может оказаться рядом. Если заметишь кого — клади на землю. Не послушает — бей на поражение. Он очень опасен, близко к себе никого не подпускай. Сейчас включаю операцию «Перехват», перекрываю город.

С фонариком мы осмотрели ближайшие закоулки, заглянули под пристань, но никого не нашли. У меня так и чесались руки — схватиться с маньяком, но, похоже, он опять остался неуловим.

Через двенадцать минут заскрипела тормозами около нас милицейская машина, из нее выскочил взъерошенный Шестиглазов с платочком в руке, вытирающий свою любимую плешинку;

— Труп нашли?.. Где записка?

Я показал торчащий из бревна гвоздь. Шестиглазов раскачал его и вырвал. Гвоздь вместе с запиской отнес в машину. Я не отставал. Инспектор покосился, но ничего не сказал. Мы забрались на заднее сиденье, я стал светить фонариком. Шестиглазсв за уголки стащил записку с гвоздя, осторожно развернул. Мы увидели уже знакомые по прежним запискам следы работы синей шариковой ручки: