— Однажды меня спасла гроза…

Глава 65 Ипар. Север

Глава 65

Ипар. Север

Элисондо

Лежа под раскидистым буком, девочка забылась в тяжелом лихорадочном сне. Собака, преданная ей всем сердцем, сидела рядом, слизывая с ее лица слезы, которые девочка, казалось, хотела стереть руками.

Амайя вдохнула земляной, первобытный аромат муки. Тонкая пыль проникла в ее дыхательные пути, забив бронхи и заставив дышать глубже, хотя что-то подсказывало ей, что лучше этого не делать. Она открыла рот, пытаясь отдышаться, и мукаˊ, окружавшая ее со всех сторон, проникла в горло, смешалась со слюной и душила, вызывая сильнейшую тошноту. «Я не хочу умирать, я всего лишь ребенок», — пыталась сказать она, но с каждым словом пыльная масса, забившая дыхательные пути, проникала еще глубже. Мольбы о жизни делали только хуже. Она слышала гром и музыку Берлиоза, сопровождавшую ее неизбежную гибель печальным колокольным звоном. Уверенная, что это конец, почувствовала, как влажные горячие руки убирают муку с лица. Она открыла глаза… Ей улыбалась Росария.

— Это случится сегодня, маленькая сучка. Хозяйка съест тебя этой ночью.

Она испуганно вскрикнула; крик прорвался сквозь сон и вылетел из горла. Девочка проснулась в темном лесу и решила, что мертва: она ничего не видела, ничего не слышала, кроме собственных криков, хриплых от холода и лихорадки.

В реальность ее вернул лай Ипара. Она потерялась, она в лесу, она готовится умереть. Ее скоро съедят.

Она встала, придерживаясь за ствол бука, затем как слепая вцепилась в косматую шкуру на шее Ипара и сделала первый шаг.

— Идем, Ипар, — приказала она чужим голосом.

Собака осталась на месте. Она не двигалась.

Амайя опустилась на колени рядом с Ипаром и, обняв его, взмолилась:

— Пойдем, Ипар, пойдем, пожалуйста.

Снова погрузила пальцы в собачью шкуру и сделала еще один шаг вперед. На этот раз Ипар не сопротивлялся. Он шел рядом с хозяйкой, но несколько раз повернул голову, словно пытаясь объяснить повелителю леса, что ничего другого сделать не может.

Амайя ничего не видела. В какой-то момент она плотно зажмурила глаза; вдруг, открыв их, она сумеет что-то увидеть… Ипар вел ее вперед. Ей удавалось обходить деревья, не задевая их, она чувствовала их дружественную близость, но то и дело спотыкалась о корни, камни и неровности почвы. В конце концов упала на колени. Ипар стоял перед ней, смягчив удар и не давая ей рухнуть плашмя, но боль в лодыжке и жжение в коленях были такими острыми, что она заплакала. Ей потребовалось некоторое время, чтобы снова подняться на ноги; каждый шаг терзал ее так, словно в коленных чашечках застряли камни. Пару раз ей казалось, что она слышит журчание реки, но вода, продолжавшая шумно падать на верхушки деревьев, рассеяла эту уверенность. И она брела все дальше.