Добравшись до трассы, Кайл запрыгнул в машину и, заведя двигатель внедорожника, тут же дал по газам, направляясь в сторону к Вашингтону, понимая, что дорога заблокирована, он надеялся на тот малюсенький шанс, который ему всё же выпадет, и он окончательно вырвется из этого окружения.

Международный аэропорт Глазго.

Самолёт проплывал между облаков, постепенно снижаясь и уходя на посадку. Говард открыл глаза, стараясь забыть свой сон, где опять снова и снова возвращался на Ближний Восток. Всё это продолжало мучить его и не давать надежду на то, что когда-нибудь одним прекрасным днём всё это пройдёт, как очередной страшный сон! Льюис, конечно же, понимал, что всё когда-то проходит и, возможно, однажды пройдёт и это, оставив всё навсегда где-то позади! Однако сейчас он всё помнил и не мог забыть! Не мог перелистнуть эту страницу, полностью пропахшую кровью и пустотой борьбы, где сложно было понять, что есть добро, а что зло! В любом случае вера не должна была его покидать! Ведь Льюис хотел надеяться, что Господь с ним и всегда будет с ним, несмотря на то, что он был одержим какой-то непонятной силой, заставляющей его снова и снова убивать и приносить жертвы во имя справедливости!

Говард пристегнул ремень безопасности, после того как объявили посадку, и Льюис вновь погрузился в свои мысли, которые на данный момент были далеки от его кошмаров. Он молился за упокой отца Бернардо, павшего от чьих-то грязный рук, опутавших, словно спрут, Святую Церковь! Говард хотел верить, что Господь не забудет своего верного слугу и раба отца Бернардо и найдёт для него пристанище на небесах, а он в свою очередь попытается всё расставить по своим местам и добиться той справедливости, какую всегда и везде искал и в итоге находил.

Шасси самолёта коснулись взлётно-посадочной полосы, и Льюис окончательно сбросил с себя остатки сна, который было лучше не вспоминать! Впереди Говарда ждала дорога до Эдинбурга, а пока он думал только о том, как побыстрее расстаться с гримом.

Льюис отстегнул ремень безопасности и встал с кресла, взяв свою сумку из багажного отделения, и направился к выходу, встав в очередь.

В Глазго был вечер и шёл холодный дождь. Взлётно-посадочная полоса была вся промокшая, и кое-где виднелись небольшие лужи. Говард вышел из самолёта и быстро направился к залу прилёта. Пройдя паспортный контроль, он направился в туалет, где в кабинке расстался со своим гримом и образом, убрав всё в рюкзак, и вышел из уборной. Яркий свет в терминале немного давил на глаза, вызывая небольшую резь, и направился к выходу, вспоминая, как самолёт сделал вынужденную посадку из-за проблем с навигационном оборудованием в Париже. Впрочем, эта задержка никак не повлияла на настроение Льюиса, который и так был задумчивый и погружённый в свои мысли, плюс очередной кошмар, и всё как обычно!