— Мне кажется, — произнес президент, глядя в сторону дипломатов, — что это не составит большого труда… Это, по всей видимости, надо сделать в весьма изящной форме.

— Первые сообщения появятся сегодня в их вечерних выпусках, господин президент! — заверил главный дипломат. — А завтра будет порядочная шумиха…

— Спасибо, господа! — Президент поднялся, и его помощник спешно начал собирать бумаги, лежавшие перед ним, складывая их в необъятных размеров папку. Желаю вам успехов!

Когда Маккей вышел из здания и приблизился к машине, Хьюз легонько толкнул его в бок:

— А ты молодчина, Кол! Мне кажется, шеф должен оценить твое выступление. Без твоей информационной поддержки ему было бы куда сложнее.

— Конечно, оценит, Джон, — усмехнулся Маккей. — Мы сегодня договорились вместе провести ленч…

И они сели в машину, двери которой были уже услужливо распахнуты охранником.

ГЛАВА 29. МОСКВА. ДОМ НА ТВЕРСКОЙ

ГЛАВА 29. МОСКВА. ДОМ НА ТВЕРСКОЙ

В дверь позвонили. Стив, остававшийся в этот час один, — без Вашко, ушедшего по «журналистским» делам, и Курта, неожиданно засобиравшегося то ли в посольство, то ли в торгпредство, благо синяк под глазом, чуть побледневший, чуть подпудренный, уже позволял это сделать, — лежал на раскладушке, зажатой коробами с лекарствами, и размышлял о превратностях судьбы. В его практике это был первый случай, когда события управляли им, а не он событиями.

Подойдя к окну, он попытался увидеть подъезд здания — все более или менее спокойно, отсутствовали те бдительные ребята с пристальными глазами, которые работают не только в Лэнгли, и которых, как бы они ни прятались, наметанный взгляд профессионала вычисляет сразу. Невдалеке стоял шикарный, по московским понятиям, «форд-коррида» ярко-красного цвета с московским номером. Неспешно, заведенным московским порядком, тащились по тротуару прохожие с сумками и «тачанками» — так Стив окрестил для себя полюбившиеся местным жителям баулы на колесиках.

Прикрыв за собой дверь в комнату, чтобы неизвестным посетителям не бросились сразу в глаза короба с лекарствами, он подошел к двери.

«Почему, спрашивается, русские могут делать великолепные телескопы — такие, что видны заклепки на спутниках, и не в состоянии соорудить приличный глазок в двери?» — досадливо подумал Стив, разглядывая кончик носа и рыжие усы неизвестного посетителя.

Неизвестный был один. По крайней мере, ни у лифта, ни у стены никто не топтался — это бы Стив уловил на слух.

— Кто там? — спросил он, не открывая двери.

— Иосиф Петрович? — в голосе звучали бархатистые интонации.