ДетективыТанго на цыпочкахстр 240
Светлый фон
В том-то и дело, что "слишком", это самое "слишком" и не давало покоя Палевичу, вынуждая коротать дни в этой глуши, слушать дождь да собирать разбегающиеся мысли в кучу. В большом зале горит камин, но огонь какой-то вялый и тепла почти не дает. В такие дни холодно по определению, и Аполлон Бенедиктович мерз нещадно. Заодно с холодом и болезни вернулись, кости ломило неимоверно, не вздохнуть, ни шелохнуться. Будет наперед наука, — с мрачной обреченностью думал Палевич. А то ишь, возомнил себя героем-спасителем, молодость вспомнил, жениться удумал. Даже не удумал, все ж таки Аполлон Бенедиктович был человеком рассудительным — порою чересчур рассудительным — чтобы воспринимать сию мысль всерьез. Но помечтать о том, как могла бы сложиться жизнь, если бы…

Философский вопрос, весьма подходящий для бесконечного серого дня, заполненного шумом дождя и вялым трепыханием огня в камине. Вот так и жизнь проходит, тут и до могилы уже недалеко.

Философский вопрос, весьма подходящий для бесконечного серого дня, заполненного шумом дождя и вялым трепыханием огня в камине. Вот так и жизнь проходит, тут и до могилы уже недалеко.

Думать о могиле было неприятно, думать о работе невозможно, и Аполлон Бенедиктович решил не думать вообще. Он будет просто сидеть и слушать дождь. Где-то неизмеримо далеко, на самой границе ливня, хлопнула дверь, и по дому весело прокатился голос-гром.

Думать о могиле было неприятно, думать о работе невозможно, и Аполлон Бенедиктович решил не думать вообще. Он будет просто сидеть и слушать дождь. Где-то неизмеримо далеко, на самой границе ливня, хлопнула дверь, и по дому весело прокатился голос-гром.

— Эй, хозяйка, принимай гостя!

— Эй, хозяйка, принимай гостя!

Палевич вздохнул, похоже, спокойный вечер пропал. И охота ж было пану Охимчику выходить из дому в такую погоду. Выгоду упустить боится, ни на шаг от пани Натальи не отступает, словно собака сторожевая.

Палевич вздохнул, похоже, спокойный вечер пропал. И охота ж было пану Охимчику выходить из дому в такую погоду. Выгоду упустить боится, ни на шаг от пани Натальи не отступает, словно собака сторожевая.

Пан Юзеф, который не догадывался о неприязненных мыслях Палевича, — если и догадывался, то виду не подавал — вошел в залу, веселый и мокрый. Взгляд его блуждал, точно у пьяного, и Аполлону Бенедиктовичу почудилось в этом взгляде нечто смутно знакомое. Где-то он уже видел точно такие же глаза.

Пан Юзеф, который не догадывался о неприязненных мыслях Палевича, — если и догадывался, то виду не подавал — вошел в залу, веселый и мокрый. Взгляд его блуждал, точно у пьяного, и Аполлону Бенедиктовичу почудилось в этом взгляде нечто смутно знакомое. Где-то он уже видел точно такие же глаза.