Светлый фон

Хозяин изо всех сил пытался демонстрировать свою независимость. Чингиза это даже забавляло. Он откусил жопку сигары, сплюнул на пол, окунул сигару срезом в стакан с виски и небрежно сунул в рот.

Быча поморщился.

— Дешевые понты. И очки эти черные. Ты их хоть на ночь снимаешь? Я тебя в них вообще не узнаю. Где ты только этого набрался?

— Козел один научил. В прошлой жизни.

Чингиз выпустил дым колечками и картинно сбил пальцем нагоревший пепел.

— Ты на мудака смахиваешь, — проворчал Быча.

— Извини, братуха, не заметил. Ща возьму пепельницу, — осклабился Чингиз. — Короче, базар такой. Ты хотел вещевой рынок у "динамовцев" отбить? Сейчас самое время.

— Не учи, без тебя разберусь, — огрызнулся Быча.

Чингиз нахмурился. В последнее время ему все меньше стала нравиться бычина самостоятельность.

— Война, считай, началась, — продолжал гнуть свое Чингиз. — Чтобы победить, нужно ударить первыми.

— У меня людей мало.

— Дам своих. Но только с уговором — наши отношения не засвечивай. Я до поры в стороне буду, как бы не при делах.

— А что так? Ссышь? — презрительно усмехнулся Быча.

— Кто? Я?

Чингиз нисколько не изменился в лице. Его глаза прятались за темными стеклами очков. Он спокойно, но быстро выхватил из-за спины сверкающий хромом револьвер "кольт-питон", откинул барабан и вытряхнул на ладонь длинные остроносые патроны. Три он ссыпал в карман, а три других забросил обратно в барабан и прокрутил.

— Патроны "триста пятьдесят семь магнум". Пуля стальную плиту навылет пробивает, — пояснил он.

Чингиз схватил растерявшегося Бычу за длинные сальные волосы и рывком прижал его голову к своему виску. К другому своему виску он приставил ствол револьвера.

— Шансы — пятьдесят на пятьдесят. Пуля пройдет наши черепушки навылет и еще в обоях на стене дырку сделает. Гарантирую. Ставки сделаны! Играем?

И трижды нажал на спусковой крючок. Прозвучало три отчетливых щелчка. Затем Чингиз направил ствол в стену и нажал еще три раза. Оглушительно грохнули три выстрела.

Чингиз резко оттолкнул от себя бледно-зеленого, с трясущимися губами Бычу и встал.