— Что? — он заглянул в паспорт. — Ираклий Луарсабович Еклмнишвили! Издеваешься, гад?

Крюков тоже заинтересовался бумажником. Он вытащил из него толстую пачку долларов.

— Сколько здесь? — спросил он, сопровождая удар пинком под ребра.

— Десятка, — нехотя выдавил бандит.

— Я передам их попу, у которого вы угробили тачку. Если захочешь, представлю расписку.

— А пошел ты, могитхан! — огрызнулся пленник.

— Какой хан? — прикинулся простаком Крюков. — Ладно, я поехал. С этим горным бараном осторожнее, лучше всего убейте его при попытке к бегству.

Он сел в машину, завел ее и не спеша тронулся. Патрульные молча проводили глазами ржавый задний бампер с номером "00–07 МКМ", позаимствованный Крюковым при обмене номерных знаков у заместителя министра внутренних дел.

* * *

Крюков остановил машину возле церкви. От дома священника разносился волшебный аромат горохового супа, может быть даже с копченостями. Его варили для неимущих прихожан. Священник вышел из храма и направился навстречу Крюкову.

— Вот, батюшка, — тот протянул ему газетный сверток.

— Что это?

— То, что осталось от вашей машины. В условных единицах.

Священник развернул газету и посчитал банковские упаковки.

— Но здесь десять тысяч долларов. "Волга" стоит вдвое дешевле.

— С наворотами дороже. Заодно поставьте хорошую сигнализацию. Как говорят ваши восточные коллеги: "На Аллаха надейся, а верблюда привязывай". Остатком распорядитесь по своему усмотрению.

— Пусть будет так, — согласился священник. — Что останется, пойдет на храм.

— Странно, — пожал плечами Крюков. — В Евангелии ничего про храм не написано. Там говорилось о помощи страдающим и нуждающимся. Наверно я невнимательно читал. Скажите, батюшка, нельзя отпустить мои грехи, скажем, на месяц вперед? Я тут набросал приблизительно… Нет? Ну и ладно.

— Ступай с миром, раб Божий, — напутствовал его священник. — Я буду молиться о твоем спасении. И спасибо.

И он совершенно по-человечески пожал Крюкову руку.