– Он у них не в штате, но присутствует в списке тех, у кого есть пропуск в «Лёвхагу». Работает от клининговой компании. «ЛС Стед». Он один из тех, кого мы проверяли. Тогда на него ничего не было.

– Узнавай все. Я позвоню из машины. Расскажи Торкелю.

Она положила трубку и встала. На всякий случай спустила перед уходом воду и вымыла руки. Охранник стоял чуть поодаль и постарался сразу привлечь ее внимание.

– Все?

– Да, действительно. Мне надо ехать.

– А Харальдссон? Я уже сообщил, что мы идем.

– Передайте, что, если для него это важно, он может позвонить в Госкомиссию. Я уже опаздываю.

Ванья двинулась в том направлении, где, как ей помнилось, находился выход. Охранник на секунду растерялся, но вскоре бросился следом. Попытался еще раз. Умоляя. Но это не подлежало обсуждению.

У нее не было времени на идиотов.

Билли позвонил еще до того, как она успела забрать свое оружие. Он говорил быстро, и на заднем плане слышался Торкель.

– Торкель спрашивает, насколько это точно? Как ты думаешь, можно ли считать его подозреваемым на достаточных основаниях?

– Не знаю, насколько точно. Хинде дал мне только имя. Вы что-нибудь нашли?

– В общем-то нет. Родился в 1976 году. Живет в Вестерторпе[45]. В регистре ничего нет. Работает в «ЛС Стед» семь лет. Я пообщался с руководителем фирмы. Говорит о нем только хорошее. Единственное любопытное, что в прошлом году Ральфу предлагали перебраться убирать в больницу, поближе к дому, оплата лучше, время удобнее, но он отказался. Сказал, что ему нравится в «Лёвхаге».

– Он сейчас здесь?

– Нет. Вчера в районе обеда сказался больным.

Ванья кивнула и отвернулась, чтобы охранник, возившийся в будке с сейфом, не слышал, что она говорит.

– Он имел доступ в отделение Хинде?

– Да, он работает и в открытом отделении, и в спецкорпусе.

– Этого должно быть достаточно. Нам на него указали, и доказана возможность контакта.