– Прокурор.

Все трое заржали, забрали деньги и двинулись в сторону Троянова и его девиц.

Мирослава глазом не успела моргнуть, как все девицы были отлеплены от тела мажора и он стоял абсолютно один.

Мирослава тотчас кинулась к нему, пока никто не успел присосаться к Вадику.

– Привет, – сказала она.

– Привет, – ответил он, пытаясь получше разглядеть её, потом покачнулся и протянул: – Новое лицо.

– Угадал. Я здесь впервые, – кивнула она.

– Как зовут тебя прелестное дитя?

– Мирославой. А как тебя величают, крошка?

Троянов громко заржал, а потом сказал:

– Ты мне нравишься. Как я погляжу, тебе палец в рот не клади.

– Да, лучше не надо, – кивнула она и, обольстительно улыбнувшись, проговорила: – Ты мне тоже сразу понравился.

– Тогда перепихнёмся?

– Не возражаю.

– Я знаю здесь прелестное местечко, – начал он…

– Не о сортире ли ты говоришь, милый отрок?

Он снова захохотал, вытер рукой выступившие на глазах слёзы и произнёс:

– Ты, как я погляжу, эстетка.

– Есть немного, – притворно потупилась она.

– Тогда давай отсюда смотаемся?