Бородатый проводил нас к широкой нише в стене. Там стоял стол в виде деревянной бочки и две грубые табуретки. Оксана села непринужденно, как будто с детства привыкла к такой обстановке. Бородатый что-то сказал и ушел, задернув бархатную портьеру, отделившую нас от общего зала. Оксана закурила и, разогнав дым рукой, спросила:

– Как тебе здесь?

– Если бы знал, не пошел бы без кастета в кармане и группы поддержки на улице.

– Они только выглядят злыми. А на самом деле просто развлекаются.

– Я так и понял… Не знал, что бывают такие места! И куда только милиция смотрит?

– Не обратил внимания на того, который с краю сидел, в красной рубашке? Это заместитель городского прокурора.

– А я подумал, Фрэнсис Дрэйк.

– Кто это?

– Был такой… мореплаватель.

Бородатый принес нам шашлык и вино. Оксана мало ела и мало пила, зато переводила сигарету за сигаретой. Я часто замечал на себе ее задумчивый взгляд. Как только я поднимал глаза, она улыбалась и отворачивалась.

В зале заиграла какая-то национальная музыка, раздались хлопки и одобрительные возгласы. Портьера была задвинута не совсем плотно, и я мог разглядеть, что между столиками танцует черноволосая девушка. На голове у нее был тюрбан с чем-то вроде тюлевой занавески, скрывавшей лицо до подбородка. А из одежды – широкая юбка с большими разрезами и яркие ленты, спускавшиеся от сверкающего ожерелья на шее. Ленты закрывали грудь полностью, но оставляли голым смуглый живот.

– Это и есть танец живота? – я отодвинул портьеру побольше.

– Да. А ты раньше не видел?

– Где?

Девушка прошлась вдоль всех длинных столов. Многие мужчины пытались похлопать ее по заду или приподнять ленты с груди, другие хватали со стола и протягивали мятые деньги. Она легко уворачивалась от первых и грациозно, не прекращая движения, выхватывала купюры, мгновенно пряча их то ли под кушаком юбки, то ли среди ярких ленточек.

– Нравится? – прищурившись, Оксана выпустила дым в мою сторону.

– Если честно, не очень. Я ожидал большего.

– Ты просто не разбираешься. А сама она тебе нравится?

– Лица-то не видно…

– Лицо на любителя, но не хуже, чем все остальное. Хочешь ее?