Последние слова, произнесенные вполне естественно, без всякого намека на лукавство, явились для Вадима просто-таки вожделенной благодатью, пролившейся на истомленное сердце… Значит, он тоже приглянулся ей, значит, встреча обязательно состоится, значит…

Неуемный бесенок желания сблизиться с этой женщиной и, что греха таить, непременно и самым скорым образом затащить ее в постель, этот бесенок возликовал: одинокая разведенная красавица! Подобранная в буквальном смысле на обочине! И тут он — молодой, красивый вице-президент крупной торговой компании на «Кадиллаке»… И что самое главное — также разведенный!

Ведь уже неделю он мается в своей квартире, упиваясь обретенной свободой, и то и дело хватаясь за телефон с желанием позвонить знакомым подружкам, готовым скрасить его холостяцкие вечера, но в следующий миг неизменно передумывая приглашать ту или иную доступную, однако надоевшую, как щи с селедкой солдату, пассию. Только набери номер, и через считанные минуты раздастся звонок в дверь, однако — что последует за этим звонком? Рутина! Тела давно прошедших дней…

А вся незадача — в нынешней тщетности поисков подружек новых…

И вот — подфартило! На ровном, как говорится, месте! Без приложения усилий! Подарок небес! Верно говорят: никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь…

Он искоса обернулся на прелестный профиль, затем, в который уже раз перевел взор на вожделенные колени…

Неужели сегодня искрящиеся колготочки спадут с них, и он, ухватив эти колени сильными ладонями…

— Вот здесь остановите… — произнесла она.

«Кадиллак» вновь принял вправо и замер у обочины.

— Ну… — Взявшись за дверную ручку, она посмотрела на него уже с откровенным и испытующим интересом, от которого у Вадима поползла внизу живота томительная истома. — Ну… я звоню. В семь.

— Ох, Настенька… — Покачал он головой. — Если этого не произойдет, вы нанесете мне удар, от которого едва ли оправлюсь…

Внезапно в глазах ее вспыхнул какой-то нежный, завораживающий блеск — зовущий, безоглядно устремленный будто в глубь его сути… И коротко, словно бы безотчетно наклонившись к нему, она чмокнула Вадима в щеку, а после решительно отворила дверцу и, не оборачиваясь, пошла в сторону снующих возле входа в метро людей, через секунду смешавшись с толпой.

Он закрыл глаза, совершенно одурев от прикосновения ее губ, аромата духов, и от того пронзительного предощущения близости, что тенью и шорохом выпорхнувшей из рук птицы еще дрожал, истаивая, на всем его существе…

А следом пришли рассудительные и холодные мысли: непременно надо купить что-либо поесть, хотя бы — пиццу, чтобы не возиться с готовкой… Далее и обязательно — фрукты… Презервативов целая упаковка, об этом беспокоиться не стоит… Что еще? Шампанского и сухого — целый бар, пару бутылок следует заморозить… А! Цветы! Чуть не упустил!