Улучив момент, Васин, скрипнув зубами, шепнул Акимову на ухо:

— Чего делать будем? Вырубать этого черта?

И вдруг — новая неожиданность: Катя, внезапно воспылав трудно объяснимой страстью к Аслану, взяла его за руку, при этом недвусмысленно указав Акимову и Васину на дверь.

Они прошли на кухню.

— Ничего не понимаю… — озадаченно прошептал лейтенант, оглянувшись на дверь соседней комнаты, за которой слышались томные вздохи блондинки и сладострастное рычание Ахмеда.

— Тут что-то не… — произнес Акимов, но завершить фразу не успел: из комнаты буквально вылетел, злобно матерясь, белый от злобы Аслан, стягивая с себя рубашку со следами рвоты.

— С-сучка ужратая… — прошипел, скрываясь в ванной.

Акимов жестом приказал лейтенанту: следи за дверьми…

Вошел в комнату.

— Отвертку, быстро… — встретил его спокойный голос Кати.

— Да, сейчас…

— Он в ванной?

— Да.

— Быстрее… — Она кивнула на сумку с оружием. — Меть стволы…

— А… как ты? — растерянно прошептал он.

— Хлебнула соду с маслом… Сообразила.

— Да, улетучился у парня запал… — Акимов лихорадочно откручивал крепежные винты «щечек». — Недаром, Катенька, у тебя диплом психолога… Курсовые работы по сексопатологии, небось, на «отлично» защищала?

— Шевелись, Акимов, острить позже будем, времени нет…

— Уже вовсю кончаю, не дави на мозг.

Когда Аслан вошел в комнату, то застал трогательную сцену: партнер напрасно, хотя и упорно пытался привести в чувство незадачливую шатенку, пьяно валившуюся на продавленный диван…