Кроме того, «люкс» нуждался в оборудовании специальной техникой, фиксирующей телефонные разговоры и производящей надлежащую съемку.

Внедряться в банды Андрею доводилось многократно, и главный принцип в этаком мероприятии — никогда не рассчитывать на обязательную помощь извне. В первую очередь потому, что непроизвольно начинает сиять вокруг разведчика ореол настораживающей самоуверенности, способной быть ложно, а вернее, очень даже четко понятой наблюдательными бандитами, звериным своим чутьем распознающими своих кровных врагов, в чье число он без сомнения входил.

Существовала и небольшая побочная проблемка: в ресторане ему предстояло выпить. А на алкоголь у него существовала стойкая и агрессивная аллергия. Терпеть не мог он алкоголя, такое уж было дано Богом счастье. В данном случае — способное быть истолкованным совершенно не в его пользу.

Уселись за стол.

Пригубив бокал за знакомство, он отставил его сторону, тут же пояснив подозрительно уставившимся на него сотрапезникам:

— Верите, кореша, у меня валет, как говорится, в кармане… Дурь: ну, не могу ничего, кроме виски… Сразу изжога начинается. Попроси халдея, — небрежно обратился к Армену, — пусть притаранит пузырек «Глен Фиддитч»… — И Андрей невозмутимо стряхнул пепел с сигареты во влажную пепельницу, не без удовольствия подумав, что данный сорт шотландского виски едва ли предусмотрен провинциальным ресторанным ассортиментом, а значит, так и не начавшемуся алкогольному испытанию пришел естественный конец.

В произнесении названия желаемого напитка Армен испытал вполне понятную сложность, и попросить официанта принести искомый алкоголь пришлось гостю.

Официант, учтиво кивнув, попросил обождать минутку и, вернувшись по истечению оной, сообщил, что «Глен» в городе имеется только в одном ресторане — в «Астре».

— Едем! — вставая из-за стола, решительно произнес Армен.

— Куда?

— Нэдалеко, — пояснил его собрат. — Дэсять минут, дорога в гора…

Поехали «в гора».

«Глен» по местным расценкам стоил около ста долларов. Изнывая в душе, Андрей бросил надменным жестом официанту ворох российских ущербных купюр — сдачи не надо!

Вот же — попал!

Бутылку, из которой он с трудом влил в организм сто грамм, по окончании вечера все-таки взял с собой в номер, обосновав свою меркантильность якобы выработанной традицией промочить горло перед сном. Оставлять дорогостоящий напиток на столе в пользу ресторанного жульнического бара и в самом деле было жаль, а к тому же скоро из Москвы должны были прилететь сослуживцы, которые, в чем он не сомневался, отметить свое прибытие казенным «Гленом» определенно бы не погнушались.