Взял дядю под руку и повел его к выходу.

— Мы здесь мешаем, — растолковывал он ему, словно ребенку. — Не надо ее утомлять.

— Не надо ее утомлять, — машинально повторил Леу.

Он зашаркал ногами. Совсем сгорбился. Сегодня он действительно выглядит как развалина. Позволил себя увести. Из коридора до Марилены донесся голос врача:

— Вы здесь! Очень неразумно. Вам же сказали, что с вашей дочерью ничего страшного. Пожалуйста, успокойтесь.

Голоса постепенно затихли. К ней подошел санитар с доброй улыбкой на лице.

— Хорошо отдохнули?.. Приподнимитесь немного, пожалуйста. Я сниму повязку.

— Я ранена?

— У вас на затылке большая гематома.

Ловкими движениями он принялся разбинтовывать голову. Вошел врач и обратился к Марилене наигранно веселым тоном:

— Ну?.. Как дела у нашей барышни?.. Посмотрим на вашу рану. Знаете, мы за вас испугались. Вид у вас был неважный.

Он принялся ощупывать голову Марилены. Та резко дернулась от боли, которая набросилась на нее, как хищный зверь.

— Ну-ну, — пробормотал врач. — Все позади. Пришлось сбрить вам часть волос на голове. Но они быстро отрастут.

— Выглядит ужасно? — спросила Марилена.

— Не очень красиво, скажем так. Правый глаз немного распух, на ухе небольшая ссадина…

— Я стала уродиной?

— Да нет же, — воскликнул врач, рассмеявшись. — Через три недели будете выглядеть как раньше.

Согнутым пальцем несколько раз дружески постучал Марилену по виску.

— А в голове? Что там? Не слишком все перепуталось?

И продолжил уже более серьезным тоном: