Громила, которому Дмитрий был по грудь, бесцеремонно снёс его в сторону, сдвинул стол и ринулся вглубь класса.

– Здравствуйте, я ваш новый учитель информатики. Дмитрий Ильич.

Когда на тебя обрушиваются взгляды полусотни незнакомых глаз, то невольно видишь себя со стороны. Невысокий, чернявый, недалеко ушёл от пацанского возраста – отметила мужская половина, вернее, треть 10 «Б» класса. «Костюмчик новый, ништяк. Глянь на оттенок, неудачный. Синеватый. Смахивает в нём на наших мальчишек», – зашептались девчонки. Полетели записки: «Хе, очки круглые, длинные волосы. Самый шик. Прошлого века».

Записывать тему урока Дмитрий не стал. Чтобы не упускать инициативу и не поворачиваться спиной.

– Давайте знакомиться.

Он открыл журнал.

– Амбаренко!

За последним столом заёрзал тот самый громила, изображая приподнимание своей туши.

– Быков!

Урок входил в своё русло. Но радоваться не пришлось. Дошёл до Далиловой Ксении и понял: зря затеял перекличку. Как ни старался, а вышло ожидаемое:

– Давивова!

Выстроенный порядок рухнул. Быков, тощий задохлик, дотянулся до спины соседа покрасневшей Ксении.

– Давай, Вова, дави её!

– А-ха-ха! – разнеслось по коридору. – Дави, Вова, дави!

Далилова, сидевшая в самом центре, повернула голову налево. И тот, кто натыкался на её взор, смолкал.

Не дожидаясь, когда она заткнёт правую половину, Дмитрий подался к гогочущим с распростёртой пятернёй.

– Виноват.

Те стихли.

– Есть за мной грешок. Иногда не выговариваю некоторые буквы и цифры. А кто без греха у вас? Дайте посмотреть.

В наступившей тишине головы повернулись к маленькому пухляшу. Тот устремил взор в окно.