— Жена коллекционирует. Кстати, она передавала тебе привет.

— Спасибо, взаимно, — ответил Иван, пряча сувенирные деньги в карман и задав вдруг неожиданный вопрос: — Овчарку вам родители купили?

Хозяин кабинета рассмеялся и ответил:

— Да, спустя год — Шариком назвали. Десять лет у нас прожил.

После этого вступления началась официальная часть их разговора, ради которой, собственно, Шорин и пришёл в этот кабинет. Одинцов достал из стола тоненькую папку и протянул её гостю со словами:

— Это то самое уголовное дело о гибели твоего отца. Я его прочитал и, честно говоря, удивлён, на каком основании его засекретили. Дело сначала хранилось в Мосгорсуде, но затем его хотели забрать в КГБ. Однако не успели — Союз развалился. В итоге дело попало к нам, где его и засекретили по неведомой мне причине.

— И что вы думаете по этому поводу? — поинтересовался Шорин, принимая папку.

— Полагаю, что в этом деле есть некая тайная составляющая, которую кто-то не желает обнародовать. Хотя на первый взгляд всё, вроде бы, выглядит просто. Это обычная история об автомобильном наезде с трагическими последствиями. Есть две жертвы, и есть виновник, который во всём чистосердечно сознался и понёс за своё преступление справедливое наказание. Однако в тюрьме он наложил на себя руки, из-за чего дело можно считать закрытым. Но твое появление, Иван, начисто опровергает этот тезис.

— Может, также посоветуете, где мне искать ту ниточку, от которой может потянуться вся верёвочка? — задал Шорин вопрос, который пришёл ему на ум сам собой.

Прежде чем ответить, Одинцов откинулся на спинку кресла и, глядя в глаза собеседнику, произнёс:

— Потяни ниточку со стороны виновника этой трагедии. Его самоубийство лично мне не даёт покоя. В деле есть его домашний адрес — может, живы его родственники, которые смогут пролить свет на это дело.

— Спасибо за совет, — поблагодарил хозяина кабинета Шорин и задал ещё один вопрос: — Когда мне надо будет вернуть вам это дело?

— Через три дня. Гриф секретности с него снят, но порядок есть порядок. Этого времени тебе хватит?

— Вполне, — ответил Шорин и поднялся со своего места.

Едва он вышел из кабинета, как Одинцов связался со своим секретарём и спросил:

— Ольга Ивановна, Безроднов появился?

— Да, Роман Сергеевич, приехал десять минут назад, — последовал немедленный ответ.

— Тогда пусть зайдёт ко мне немедленно.

Карпом Безродновым был заместитель заведующего архивом, который, как узнал Одинцов, на днях выдавал уголовное дело о наезде 1985 года неким людям. И теперь зампред хотел установить, кто именно были эти неизвестные. Он не стал заранее говорить об этом Шорину, поскольку было непонятно, что это за люди и что именно их могло интересовать в этом деле. Разговор с Безродновым мог эту ситуацию прояснить.