— Может быть, ты ошибаешься и это был кто-то другой?

— Это было бы возможно, если бы не место действия — Патриаршие пруды. Они находятся на очень интересной территории — в так называемой «точке дьявола». И Булгаков не случайно начал свой роман именно с этого места Москвы. Дело в том, что задолго до этого вместо пруда там было болото, которое называлось Козье. Там даже два переулка носят схожие названия — Большой и Малый Козихинские. А знаешь, какое животное считается символом дьявола? Козёл. Более того, из этого болота вытекал ручей под названием Черторый. То есть, чёрт его прорыл. Но в 16-м веке решено было это болото осушить и это место стало резиденцией патриарха Гермогена, а пруды вскоре стали Патриаршими. Знаешь, почему патриарх выбрал это место? Чтобы не дьявол повелевал на нём, а церковь. С тех пор и идёт борьба между светлыми и тёмными силами за это место. И именно поэтому Булгаков начал свой роман с того, что посланец дьявола появляется на Патриарших прудах. Вот почему его произведение впервые появилось на свет в 1966 году — спустя несколько месяцев после того, как свет увидела и другая книга. А именно — «Сатанинская Библия», где на обложке был изображён козёл в пентаграмме. Суммируя всё это, я и пришёл к выводу, что несколько дней назад на Патриарших прудах снова объявился посланник дьявола. И это закономерно, учитывая то, что сейчас происходит в мире и у нас здесь, в частности.

Эти слова звучали настолько убедительно, что сомневаться в их истинности было бессмысленно. Однако Карпова волновало другое, о чём он и спросил учёного:

— Скажи, Матвей, а как ты думаешь, приход этого посланника может быть как-то связан с нашей историей — с «мстителем» и «фантомным бумерангом»?

— Сомневаюсь, — после короткой паузы ответил Глейзер.

— Почему?

— Для Мессира подобные дела наверняка считаются мелочью — у него другие задачи.

— Какие?

— Глобальные — например, сплочение своей «паствы» и разведка. А наше дело под эти категории не входит. Ведь понятно же, что «мститель» был направлен сюда не только для того, чтобы помешать спасти Кузнецова. У него есть ещё и иная миссия.

Карпов прекрасно знал, что это за миссия, однако углубляться в эту тему не стал. Он по-прежнему считал, что учёный не должен быть посвящен во все детали этой тёмной семейной истории. Однако и обойтись без помощи Глейзера он тоже не мог. Поэтому с надеждой в голосе произнёс:

— Ну, а если всё-таки попытаться на него выйти? Ведь именно об этом, как я понял, тебя просит этот Грек?

— Да, он хочет, чтобы я вступил в контакт с Мессиром.