Брови Диксона вновь поползли вверх.

– Я просто слежу за соблюдением финансовых интересов Дженевив и стараюсь делать это наилучшим образом.

– Вы часто беседовали с Фолкнером?

– О, да.

– Он посвящал вас в детали бизнеса?

– Естественно.

– Он добровольно рассказывал вам все или его приходилось расспрашивать?

– Не думаете же вы, мистер Мейсон, что человек в положении мистера Фолкнера стал бы прибегать ко мне, чтобы рассказать о мельчайших деталях бизнеса?

– Но вы сами проявляли к ним интерес?

– Естественно.

– И расспрашивали его, насколько я понимаю?

– Только о том, что меня интересовало.

– А интересовало вас практически все?

– Не могу ответить точно, мистер Мейсон, потому что не представляю, насколько много я знаю. Я только знаю то, что знаю.

Диксон всем своим видом старался показать, что пытается из всех сил помочь Мейсону и предоставить всю известную ему информацию.

– Могу ли я спросить вас, когда состоялся ваш последний разговор?

Лицо Диксона превратилось в деревянную маску.

– Этот вопрос рано или поздно задаст вам полиция.

Диксон некоторое время внимательно изучал свои ногти.

– Насколько мне известно, вы разговаривали с ним вчера вечером, – продолжал Мейсон.