– Мы не обязаны разбирать все факты, – сердито заявил Мэдфорд. – Мы должны только представить суду доказательства, которых достаточно для признания вины.

– Вся беда именно в этом, ваша честь, – ответил Мейсон. – Обвинение относится к разбирательству как к игре, в которой достаточно предъявить только определенную часть доказательств, а остальные скрыть, подобно скряге, прячущему золото, а потом застать обвиняемую врасплох, предъявив скрытые доказательства в суде высшей инстанции. Возможно, подобным образом можно добиться большего количества обвинительных приговоров и тем самым доказать эффективность работы окружной прокуратуры, но, ваша честь, смею вас уверить, что раскрыть достаточно сложное и запутанное дело нам таким образом не удастся.

– Полиции это дело не кажется сложным и запутанным, – заметил Мэдфорд.

– Не сомневаюсь в этом. Вы сами видели, ваша честь, по ответам сержанта Дорсета, что он был заинтересован только в сборе вещественных доказательств, ведущих к осуждению Салли Мэдисон. Любые улики, указывающие на возможную виновность другого лица, во внимание не принимались. Полиция считает, что другое преступление не связано с убийством Харрингтона Фолкнера, только потому, что в нем не замешана обвиняемая.

– Я понимаю, что некоторым образом нарушаю правила, – сказал судья Саммервил. – Но мне хотелось бы выслушать все обстоятельства дела.

– Я протестую.

– Я просто прошу господина адвоката объяснить в общих чертах его позицию, – спокойно заявил судья. – Мне необходимо знать, что думает защита, прежде чем вынести решение по протесту, выдвинутому обвинением.

– Ваша честь, Харрингтону Фолкнеру принадлежала пара довольно ценных рыбок, ценность которых для него лично, несомненно, превышала рыночную, но тем не менее рыбки были весьма редкой разновидности, – начал объяснение Мейсон. – Харрингтон Фолкнер арендовал часть дома, принадлежащего компании. В другой части размещались офисные помещения. Фолкнер установил в служебном кабинете аквариум и поместил в него этих двух ценных рыбок. Он и второй совладелец компании Элмер Карсон стали смертельными врагами. Рыбки страдали от болезни, которая практически всегда заканчивалась летальным исходом. У Тома Гридли, имя которого уже упоминалось, имелось лекарство от этой болезни. Покойный различными способами пытался заполучить формулу лекарства Тома Гридли. Незадолго до убийства Элмер Карсон подал в суд иск и добился временного запрета на вынос аквариума из конторы Харрингтоном Фолкнером на том основании, что, хотя он является движимым имуществом, он стал неотрывно связанным с недвижимым. Насколько я знаю, еще перед слушанием дела по иску Харрингтон Фолкнер, не передвигая аквариум, извлек из него рыбок и перевез их в дом Джеймса Стонтона. Поэтому, настаивая на особенных обстоятельствах дела и учитывая тот факт, что моя подзащитная является возлюбленной Тома Гридли и работала в зоомагазине, который был приобретен Харрингтоном Фолкнером для того, чтобы завладеть лекарством Гридли, я прошу все сообщенное мной считать неотъемлемой частью дела.