Хозяин, нарезавший в этот момент бекон, громко расхохотался. Шофер увидел, что его сарказм не достиг цели — девушка уж больно серьезная попалась, — и, сменив вызывающий тон на вполне дружелюбный, сказал:

— Что ж, для разнообразия очень даже приятно позавтракать в женской компании, правда, Билл?

— А я думала, от женщин у вас отбоя нет. Ведь на грузовике каждый прокатиться рад.

Не успел изумленный верзила сообразить, то ли эта худенькая девчонка издевается над ним, то ли набивается в подружки, то ли действительно так считает, как она спросила:

— Вы, наверное, частенько подвозите бродяг?

— Никогда! — быстро ответил водитель, успокоившись, что разговор перешел на нормальные рельсы.

— Жалко. У меня интерес к бродягам.

— По какой линии интерес? По религиозной, что ли? — поинтересовался Билл.

— Нет. По литературной.

— Да ну? Вы что же, книжку пишете?

— Не совсем. Собираю материал для одного человека. Наверняка вы встречаете много бродяг, даже если их не подсаживаете, — настаивала она.

— Некогда смотреть по сторонам, когда ведешь машину.

— Расскажи ей про Харрогейта Гарри, — вставил Билл, разбивая яйца. — Я видел его у тебя в кабине на прошлой неделе.

— Не мог ты никого видеть в моей кабине.

— Да перестань скрытничать. Не видишь, что ли, это настоящая маленькая леди. Не будет она языком трепать, что ты кого-то там подвозил.

— Харрогейт не бродяга вовсе.

— А кто же он? — спросила Эрика.

— Он фарфором торгует. Разъезжает по деревням и продает.

— А, понимаю! Белые с голубым вазочки в обмен на кроличьи шкурки.

— Ничего похожего. Он отбитые ручки чайников приделывает и все прочее чинит-клеит.