– Дело ждет до утра, – решил Сазерленд. – Фермы никуда от нас не убегут, а наносить визит в глухую полночь мы не собираемся.

Шивон пришло сообщение от Ребуса – тот спрашивал, что нового. Она ответила, и минут через пятнадцать Ребус уже входил в бар.

– Ты отлично рассчитал время, – заметил Сазерленд. – Мы как раз собирались зайти на второй круг.

Ребус объявил, что теперь платит он, и тыкал пальцем в каждого, пока не собрал заказы. Сазерленд вызвался помочь принести выпивку и направился к бару вместе с Ребусом. Галстук он снял, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– Как продвигается дело? – спросил Ребус.

– Медленно, но верно.

– Уже готовы предъявить обвинения?

– Надежда умирает последней. Ты, кстати, здесь по какой причине?

– Просто хотел поболтать с Шивон.

– А может, и с инспектором Фоксом заодно? Уточнить, все ли грязное белье он раскопал из того, что накопилось за первый раунд.

Ребус оглянулся на Фокса и Кларк – те делали вид, будто болтают ни о чем, хотя разговор возле стойки явно интересовал их куда больше.

– Было дело, Фокс пытался меня замазать грязью. Ему это не особенно удалось, – сказал Ребус.

– А что скажешь про Стила и Эдвардса? С ними у тебя стычек не случалось?

– У меня есть смутное подозрение, что они считают, будто мы одной породы. И если мы сойдемся слишком близко, неизвестно, чьи отметины окажутся гаже.

– Такое чувство, что они заговоренные.

– Надолго ли? – Ребус помолчал. – Мы с Шивон знаем, почему ты включил ее в свою группу. За игру “рыцарь спасает благородную деву” она тебе спасибо не скажет, а вот я скажу. Такой привет АКО, да еще усиленный твоей поддержкой.

– По-моему, это ты вот-вот пошлешь им еще один привет.

Ребус вручил бармену две двадцатки.

– Она тебе как дочь, да? – спросил Сазерленд.

– У меня есть дочь.