– Да, – еще не до конца придя в себя, отозвалась Крылова. – С ней что-то случилась?

– Она мертва, Виктория Сергеевна. Неудачный конфликт с сокамерницами.

– Я сейчас приеду, – Вика стремительно вскочила с кровати и тут же застыла, поняв, что ехать куда-то ей вовсе незачем, – хотя, нет, не я. Майор Шемякин, ему передали дело Марковой вчера вечером.

– Шемякин, так Шемякин, – донеслось из трубки, – главное, пусть сильно не задерживается, я бы хотел разрулиться со всем этим до конца смены.

– Он постарается, – холодно отозвалась Вика.

Завершив разговор, она несколько мгновений стояла неподвижно, глядя во все еще светящийся экран телефона. Вот и все. Мавр сделал свое дело, мавр может уйти. Олл инклюзив назвала все нужные следствию фамилии, и стала бесполезной. Нет, она стала опасной, потому что, как оказалось, в голове ее было на четыре фамилии больше, чем нужно следствию. Вика возмущенно встряхнула головой. Что за чушь! Ладно, если бы подобная идиотская мысль посетила какого-нибудь журналиста или интернет блоггера. Им ведь чем чуднее, тем лучше. Но она, следователь главного следственно управления… как только ей на ум могло прийти такое?

Вика коснулась пальцем экрана, затем еще раз и вновь поднесла телефон к уху. После четвертого долгого гудка, она поняла, что ошиблась, после пятого решила нажать отбой, но не успела.

– Да, – сонно простонал Карнаухов.

Вика хотела извиниться. Просто извиниться, попросить прощения за глупый ночной звонок, пусть и имеющий некие, в какой-то степени уважительные, причины. Она уже набрала полные легкие воздуха, для того чтобы залпом выдохнуть из себя отчаянное: «Извините!», когда генерал уже несколько бодрым голосом уточнил:

– У тебя что-то срочное? Кто-то умер?

– А вы не знаете? – самой собой сорвалось с Викиного языка, прежде чем она успела испугаться ею же сказанного. – Ваше задание выполнено, Илья Валерьевич.

В следующее мгновение Крылову охватил ужас и понимание, что вырвавшиеся изо рта слова уже никакими усилиями обратно запихать не получится. Должно быть, какие-то эмоции испытал и собеседник, поскольку несколько секунд из динамика не доносилось ни единого звука.

– Крылова, ты просто пьяна или еще и головой ударилась? – прорвалось, наконец, возмущение Карнаухова. – Либо ты мне сейчас же внятно объясняешь, что произошло, либо я тебя к чертям вычеркну. И из телефонной книжки, и из списка сотрудников.

– Только что звонил дежурный по изолятору с Петровки, – затараторила Вика, – сообщил, что Маркову в драке убили сокамерницы. Илья Валерьевич, вы же понимаете, что случайностью это быть не может.