Молодой человек и не заметил, как маленькая рука легла ему на плечо, одарив его потрясающей теплотой. Больше всего ему сейчас хотелось, чтобы эти нежные руки обнимали его. Кирсанов попытался улыбнуться. Анна обхватила его за талию, притянула к себе и прошептала:

– Всё ведь закончилось, правда? Я это чувствую. Словно огромный груз свалился с моей души. Я исполнила то для чего я была рождена. Теперь я понимаю.

Забыв обо всех приличиях, Кирсанов порывисто обнял девушку и тогда, уткнувшись в его плечо, Анна заплакала. Должно быть это и есть та устойчивость, о которой говорила Кристина – космическое равновесие данное нам свыше. На одной чаше весов – тягостные воспоминания, на другой – борьба за добро и справедливость.

– Я тоже это чувствую – выдохнул молодой человек – теперь постарайся же выбросить всё плохое из головы. Иначе будет плохо, я это знаю. Пройдет совсем немного времени и вы станете обычной девушкой. Будете радоваться житейским мелочам. Наверное просто нужно немного потерпеть.

Он обнимал её и всё еще подыскивал слова, которые хотел сказать, понимая, что говорит совсем не то и не про то, но ничего другого не выходило.

– Наверное – всхлипывая, согласилась девушка – Спасибо вам. Всё это время вы потрясающе себя вели. Я никогда не забуду, что вы сделали для меня, правда.

– Что мне ещё оставалось? – покачал головой Кирсанов – Я делал всё, что мог. По сравнению с тем, что пришлось испытать вам – это такая мелочь.

Она оторвалась от его плеча и пристально посмотрела на него. Кирсанов прочитал в этом взгляде не только благодарность, но и даже некую восторженность, однако были они уходящими, как будто на прощание. И в словах девушки тоже чувствовалось прощание. Ветер трепал её волосы, пахнущие медом, но этот запах, который Кирсанов мог ещё даже трогать, уже уходил. Уходил навсегда.

– Этот мир прекрасен – сказала Анна – Мне только предстоит понять его. Вот теперь, когда я наконец свободна. Я могу начать новую жизнь, там, где меня никто не знает. Мне нужно уехать, чтобы окончательно понять саму себя.

Она словно бы извинялась за свой уход, возможно понимая, что чувствует молодой человек, а возможно испытывая нечто похожее. Определенно сказать это было нельзя. Её лицо выглядело слабым, изможденным, но с какой-то новой внутренней силой.

– По… Понимаю.

В душе было пусто. Анна была еще здесь, но уже далеко-далеко от него. Далеко навсегда. Ещё одна минута, две или три и он больше никогда её не увидит.

– Прости – мягко сказала она – Мне очень жаль! Возможно если бы всё сложилось по-другому, если бы у нас было бы время… но я знаю кто я и я дала другому клятву верности, навеки и я унесу её вместе с собой.