– Сам прыгнешь или тебя столкнуть? – спросил парень.

Джеффри прикинул, какие имеются варианты. Полсон держал палец на спусковом крючке. Стоило попытаться выхватить у него пистолет, и он выстрелит.

– Тебе придется меня столкнуть.

Полсон прижал дуло к спине между лопатками Толливера.

Тот не пошевелился.

Полсон снова ткнул его в спину пистолетом.

Джеффри по-прежнему не сдвинулся с места.

Законы математики играли против Полсона. Он был выше, но по большей части состоял из костей и хрящей, мышцам и сухожилиям еще предстояло набрать силу.

– Перестань, ты нарочно это делаешь, – сказал дылда.

– Ты должен толкнуть меня сильнее.

Полсон свободной рукой толкнул Джеффри в плечо, которое подалось вперед, однако ноги остались твердо стоять на земле.

– Господи…

В голосе Полсона прозвучало отчаяние. Джеффри услышал, как он засунул пистолет в кобуру и прижал обе руки к его спине.

В этот момент Толливер метнулся вправо, и Полсон начал падать вперед.

Джеффри собирался поймать его, когда он полетит с обрыва, но не учел, что у него отчаянно заледенели пальцы и руки двигались, будто в замедленной съемке, ноги отказывались слушаться, а Полсон был таким тощим, что Джеффри удалось ухватиться лишь за его ремень со снаряжением, болтавшийся на худой талии.

Два пальца вцепились в двойной ремень. Шестьдесят фунтов полицейского снаряжения, которое должен иметь при себе коп, – серьезный вес, поэтому сначала следовало надеть первый ремень, пропустив его через петли на поясе брюк, затем закрепить два металлических крючка, чтобы те удерживали на месте второй. Если все сделать правильно, система ремней отлично работала, особенно когда преследуешь плохих парней. Но только не в тот момент, когда балансируешь на краю замерзшего водопада.

– Помоги мне, – произнес Полсон одними губами.

– Не шевелись. – Джеффри протянул другую руку к ремню и сумел зацепиться за него тремя пальцами.

Губы Полсона шевелились, и Толливер решил, что он молится. А еще он продолжал размахивать руками, и Джеффри застонал от бессилия. Ему казалось, что его пальцы вот-вот развалятся на части. Мышцы рук были напряжены, точно провода. Плечи горели огнем. Холодный воздух жалил легкие.

– Послушай меня, – сказал он Полсону тем же успокаивающим голосом, каким разговаривал утром в переулке. – Очень медленно положи одну руку на мою. Затем попытайся осторожно двигаться назад…