— Они никогда не останавливаются. Могут залечь на дно на какое-то время…

— Какое-то время? Да недели еще не прошло.

— Его, наверное, подстегнула пресс-конференция. Он внезапно получил массу внимания. О нем рассказывают на первых полосах газет, ему посвящены первые сюжеты в новостях. Мы знаем, кто обнаружил тело?

— Дуглас Гилл, — повторил по памяти Рамоутер. — Сорок восемь лет. Строитель. Кухни, ванны, все такое. Он оставил инструменты на ночь в своем фургоне, утром пошел за ними. Тогда и обнаружил ее.

— Так, я паркуюсь. Увидимся через пару секунд, — сказала Хенли.

За сине-белой полицейской лентой, дрожавшей на легком ветру, уже собралась толпа. Калландер-драйв на Собачьем острове совсем недавно попала в справочник «Лондон от А до Z[62]». По обеим сторонам дороги в ряд стояли одинаковые, недавно выстроенные дома с общими боковыми стенами, все — цвета рисового пудинга. Криминалисты только что поставили палатку на подъездной дороге к дому номер тридцать девять.

— Так, остановитесь! — прокричал полицейский, когда Хенли взялась рукой за ленту.

— Инспектор Анжелика Хенли, из ОРСП. — Она опустила руку в карман за своим удостоверением и выругалась. — Я забыла…

— Простите, не понял сразу. Констебль Рамоутер предупреждал, что вы сейчас приедете, — робко сказал полицейский, поднимая ленту.

Хенли поблагодарила его, поднырнула под полицейскую ленту и направилась к Рамоутеру. По пути она заметила белого мужчину плотного телосложения, который сидел на пороге соседнего дома. У него за спиной за открытой дверью Хенли увидела маленькую женщину в шортах и жилетке, которая разговаривала с женщиной-полицейским. Мужчина поднял голову и почти виновато посмотрел на Хенли.

— Судя по всему, нас не ждет ничего хорошего, — заметил Рамоутер.

— Насколько я понимаю, это и есть Дуглас Гилл, — Хенли кивнула на мужчину, который встал и ушел в дом.

— Да, это он. Он решил, что кто-то залез в его фургон, но не похоже, что его взламывали.

Фургон был припаркован кое-как, на нем вековыми слоями осела городская пыль. Кто-то любезно написал на двери со стороны водителя: «Вот бы моя девчонка была такой же грязной». Чистая полоса блестела только в одном месте — там, где был написан мобильный телефон хозяина. На дверце красовалась большая вмятина.

Хенли осмотрела замок. Если не считать обычной грязи и смазанной засохшей краски, замок выглядел нетронутым. Рамоутер был прав.

— О краже этого фургона никогда не сообщали?

Рамоутер покачал головой.

— Он или сам забыл его запереть, или у того человека был ключ, — заметила Хенли.