– Понимаю, – сказала Рита. – А что с ними со всеми теперь будет?

– Алексея и Стеллу с матерью ждет суд, но сначала, конечно же, следствие. Допросы, экспертизы, показания и куча бумажной работы. Это долго, и некоторые оперативники считают, что совершенно неинтересно.

– Да, это ведь не по крышам с пистолетом скакать или не искать загадочные клады в огромном поместье, – улыбнулся Стас.

– Мне, наверное, тоже нужно показания дать? – уточнила Рита.

– Да, как и твоим гостям, – кивнул Лев, – но это успеется, даже тех, кто уезжать собрался, опросить можно ближе к обеду.

– Они ведь не отправятся в дорогу на пустой желудок, тем более теперь, когда отравители найдены и арестованы, – добавил Крячко.

– Верно. А сейчас главное – сосредоточить все усилия на поисках клада. Ведь о подсказках, зафиксированных на страницах документа, может догадаться кто-то еще, – заметил Гуров.

– А зачем тебе конкуренты? – подмигнул неунывающий Станислав.

– Незачем. Поэтому клад нужно найти как можно скорее, и тебе, Маргарита, пригласить адвоката и заявить свои права на ценности. Если клад будет найден тобой лично, кроме того, в твоем доме, то юридически он твой безраздельно. Но во избежание всяческих эксцессов, претензий и возможных тяжб лучше перестраховаться.

– Но как мы его искать станем? Я совершенно не понимаю, в каком направлении стоит действовать. Вы ничего не смогли придумать?

– Я думал, пока мозг не закипел, честное слово, – с комичной гримасой заявил Стас, – но, как назло, ничего полезного мне в голову не приходит. Да и вообще, в этом деле все больше на Леву надежда. Он у нас основной мозговой центр, эрудит и умница.

– Спасибо, дорогой друг, за лестные высказывания, – отвесил шутливый полупоклон Гуров. Впрочем, тут же перешел к делу: – Я очень долго думал, перебрал и отбросил множество вариантов. По сути, у нас всего лишь два источника: текст завещания и часы. Поскольку часы мы очень внимательно и тщательно осмотрели и кроме камня, найденного Маргаритой, ничего не обнаружили, я решил сосредоточиться на тексте.

– Камень сам по себе может быть подсказкой, – заметила Рита.

– Возможно. Но мы его тоже осмотрели. Он огранен правильно, тщательно и очень искусно. Но на самом изумруде нет ни надписей, ни знаков. Возможно, если мы попытаемся отыскать мастера, что делал огранку, и пообщаться с ним, поиски получат новый, столь необходимый нам виток. Но торопиться с этим не стоит, поскольку поиски мастера и разговор с ним могут привести к огласке.

– А она нам совсем нежелательна, – подхватил Стас.

– Именно! Поэтому я решил оставить пока камень как запасной вариант и сосредоточиться на тексте.