— Эта связь может выдержать критику полиции? — сразу спросил он.

— Возможно, что нет, — ответил я, мгновенно теряя большую часть его заинтересованности.

— Что же это? — несколько вяло осведомился он.

— В день моего приезда еще кто-то прибыл в отель, зарегистрировался в журнале после меня, и ему отвели комнату. Затем этот человек исчез. Даже его имя было изъято из регистрационного журнала. Кто был этот человек, если не Стравский?

— Откуда вам это известно?

На этот раз его скептицизм не поколебал моей убежденности.

— Это мое логическое заключение.

— Ах так! А из чего вы вывели свое логическое заключение?

Я коротко рассказал ему о кляксе и полотенцах, продолжая следить за дверью и прислушиваться. Когда я кончил, казалось, что история эта произвела на него впечатление, хотя он сразу указал мне, что мои предположения основаны лишь на исчезнувшей чернильной кляксе и нескольких словах Марселя об использованных полотенцах в комнате, которую все считали никем не занятой.

— Но все это согласуется с фактами, — упрямо сказал я.

— Нет, — грустно возразил он, — не согласуется. Это совсем не убедительно, но дает направление для расследования.

— Ну, значит, все же принесет вам некоторую пользу, — сказал я. — Надеюсь, вы согласитесь, что нуждаетесь в новых направлениях для своих расследований. Он не рассердился, но сразу остудил мой пыл.

— Вы считаете, что я проваливаю это дело, мистер Сандин? Полагаю, вам так кажется. Что ж, я не в претензии. Я уверен, что кажусь некомпетентным и мямлей. Но на деле я работаю не покладая рук, И результаты могут удивить вас.

— Я надеюсь, что так и будет, — сказал я, все еще расстроенный. — И я хочу сказать вам одну вещь, которую, надеюсь, вы оцените больше каких-либо перлов мудрости и проницательности.

Быстрым движением я вынул изо рта сигарету и встал.

— Дело в том, что мисс Телли и теперь в опасности. Мы знаем, она своевольна. Она может отказаться показать брату сувенир, пока он не покажет ей свой. Возможно, они оба боятся ловушки, и переговоры могут зайти в тупик или затянуться. И пока Френсис Телли не признает ее своей сестрой, она будет находиться в большей опасности, чем когда-либо. Приезд ее брата может форсировать события. Надеюсь, вы не забудете об этом?

Лорн тоже поднялся. Он посмотрел на меня странным, долгим взглядом.

— Не беспокойтесь, Сандин. Я буду помнить об этом. Его слова не принесли мне полного удовлетворения.

И в этот момент он свалил мне на голову новые раскаленные угли.

— Я вынужден вас предостеречь, Сандин, чтобы вы были... чрезвычайно осмотрительны в своем поведении.