Светлый фон
Как пекло ада, как Монтекки, всех, И первого тебя: деремся, трус!

Колин бросился на меня, и мы сшиблись, как пара бойцовских петухов. Мы делали выпады и парировали их, пока четыре девочки не ринулись в драку под крики сотен смотревших на это студентов в масках. Колин в одно мгновение повалил меня и потянулся к моему горлу, но я знал, что Эскал прибудет вовремя, чтобы предотвратить мое удушение. Он – вернее, она – появился на верхней ступени лестницы на балкон с ошеломляющим царственным великолепием.

– Бунтовщики, спокойствия враги, / Пятнающие сталь соседской кровью… Они не слышат?

Бунтовщики, спокойствия враги, / Пятнающие сталь соседской кровью… Они не слышат?

Но мы, напротив, мгновенно прекратили потасовку. Колин отпустил меня, я перекатился и поднялся на колени, глядя вверх на Мередит в немом изумлении. Она выглядела таким же князем, каким был бы любой из парней: густые рыжие волосы убраны в длинную косу, красивые ноги спрятаны в кожаные сапоги, лицо затенено белой маской, мерцавшей, точно ее окунули в звездную пыль. Длинный, до пола, плащ мел за ней ступени, пока она спускалась по лестнице.

Мередит:

Мередит Эй, вы, люди, звери, Что гасят пламя ярости зловредной Фонтанами багряными из вен, Под страхом пытки из кровавых рук Оружие больное бросьте наземь И слушайте, что скажет в гневе князь!

Мы послушно побросали кинжалы.

Мередит:

Мередит Три схватки, порожденные словами, Мир наших улиц трижды нарушали, И граждане почтенные Вероны