Дверь в гостиную открылась, и вошла Сэди. На лице и шее у нее выступили красные пятна, плотно сжатые губы побелели от волнения. Дэвис понял, что она была у себя в комнате и видела смытую с портрета Катрин гуашь. В глазах дочери он прочел безмолвный вопрос и что-то еще, чего сразу не мог определить. Лишь много позже он понял, что это было: непреклонное решение биться за себя, если понадобится — насмерть.

— Что этот человек наговорил тебе про меня, папа? — спросила Сэди, по-прежнему стоя у дверей и прожигая отца взглядом.

Дэвис каким-то древним инстинктом почувствовал, что от его ответа будет зависеть, останется ли у него дочь, или он потеряет ее навсегда. Он собрал все свои силы, всю свою любовь к этой, такой юной, такой хрупкой и беззащитной девочке и сказал, стараясь, чтобы голос не подвел его:

— Не важно, что он говорил, дочка. Я отправил его туда, откуда он приехал, и уже забыл его слова. Я верю только тебе и больше никому.

Он закрыл глаза, чтобы не видеть, как вспыхнуло радостью лицо дочери. Легкие шаги приблизились к нему, и тихий страстный голос Сэди зашептал в самое ухо:

— Папочка, мы теперь будем жить вдвоем, да? Нам ведь с тобой больше никто не нужен, правда?* Я тебя очень люблю и все сделаю, чтобы тебе было хорошо.

Теплые, мягкие руки дочери ласково обвили Дэвиса за шею, а он почему-то вдруг представил, как эти нежные девичьи руки превращаются в холодные стальные обручи и медленно сжимаются вокруг его горла все сильнее и сильнее, раздавливая хрящи гортани, ломая шейные позвонки. На мгновенье ему вдруг показалось, что в груди не хватает воздуха.' Фред Дэвис широко открыл рот, судорожно вдохнул и с тупым безнадежным отчаянием подумал, что Ричардc прав: его наказание еще только начинается.

ПРЕСТУПНЫЙ УМЫСЕЛ ИСКЛЮЧАЕТСЯ

ПРЕСТУПНЫЙ УМЫСЕЛ ИСКЛЮЧАЕТСЯ

В тот вечер Стив Лендис приехал в клуб позже обычного.

Выруливая на стоянку, отдавая ключи от машины сторожу, кивая швейцару у дверей, он думал, что придется извиняться перед Ричардсом и остальными партнерами по покеру.

Это было тем более неприятно, что не далее как в четверг, то есть позавчера, Стив позволил себе публично произнести довольно-таки едкое замечание об игроках, которые неизменно заболевают гриппом, если ожидается игра по крупной.

При этом Стив качнул бокалом в сторону Ричардса и, невинно улыбаясь, сказал: "Ваше здоровье, Питер".

И надо же такому случиться, что именно сегодня, когда наконец-то составили пул азартных и умелых игроков и договорились не ограничивать ставок, он, Стив, опоздал в клуб почти на час против назначенного времени — замечательный повод для разговоров. Но этот отчаянный звонок Патриции. Тут уж не до покера! В конце концов это он, Стив, придумал план с ее замужеством, он выбрал кандидатуру вечно пьяного борова Стентона — ходячего мешка с деньгами, и даже минимальный срок, который Патриция должна была прожить с мужем, чтобы его смерть не вызвала подозрений — один год, — тоже назначил он.