Он пытался по-дружески поговорить с Алексом, намекал ему на нереальность соблюдения в наших условиях всех правил и норм, но Крайнов, внимательно выслушивал все доводы своего начальника, неизменно отвечал ему:

— Григорий Михалыч, от меня здесь ничего не зависит, Пусть Минздрав изменит нормы, и я тут же перестану составлять свои акты. Мы с вами стоим на страже здоровья почти трехсот тысяч человек, живущих в нашем районе, и рисковать их здоровьем ни вы, ни я не имеем права.

Когда Крайнов только начал работать в санэпидемстанции, ему несколько раз пытались всучить взятку. Обнаружив в первый раз при обследовании буфета лежащий на его дипломате сверток, он удивленно спросил:

— А это что такое?

— А это вам курочка, доктор, отдадите жене, она супчик сварит, — ответила заведующая буфетом, не стараясь даже скрыть своего пренебрежения к очередному попрошайке, посаженному на ее шею.

— Супчик — это хорошо, — невозмутимо констатировал Крайнов.

Развернув сверток, он внимательно осмотрел лежащее в нем синее, плохо ощипанное создание, топорщащее страшные когтистые лапы. В составленный акт он вписал дополнительный пункт о том, что, исходя из органолептических данных, куры отечественные, полупотрошенные, имеющиеся в ассортименте в буфете, продаже не подлежат. После чего, брезгливо взяв курицу за желтую когтистую лапу двумя пальцами, он выбросил ее в стоящее неподалеку мусорное ведро.

О его поступке стало каким-то образом известно, видимо, растрезвонила сама возмущенная до глубины души заведующая буфетом. Продукты Алексу больше не предлагали, но несколько раз пытались всунуть в карман конверты с деньгами. Впервые обнаружив такой конверт в кармане пальто, он просто молча швырнул его на стол директору кафе, где проводил обследование. Но когда то же самое повторилось в забегаловке, громко называвшейся вечерним рестораном, он прямо из кабинета директрисы позвонил в управление БХСС, и только униженные мольбы этой уже немолодой женщины побудили его положить телефонную трубку. Алекс не переоценивал свои возможности и "не посягал" на два шикарных ресторана при интуристовских гостиницах, расположенных в его районе. Он составлял акты в маленьких буфетах, заводских столовых, рабочих забегаловках, пельменных.

После назначения заведующим отделом, он всерьез взялся за кафе и рестораны, но при первой же попытке оштрафовать руководство популярного в районе ресторана, убедился, что столкнулся с серьезной силой, причем организованной. Впечатление было такое, что все директора ресторанов в районе выступили против него единым фронтом. На Крайнова писали анонимки во все инстанции, против него организовывали настоящие провокации. Он в ответ составлял? новые акты, выискивал новые вопиющие нарушения санитарных норм, составлял докладные об использовании при приготовлении пищи явно испорченных, актированных продуктов.