— Надеюсь, вы не думаете, что это я их избил?

— Да нет, — инспектор даже засмеялся такому предположению, — чтобы эту парочку так отделать, нужен пяток здоровых парней. Они ведь оба всего год, как освободились из колонии. Сидели вместе за злостное хулиганство. Их хлебом не корми, только дай кого-нибудь измордовать, так что, чтобы их избить… — он опять засмеялся и покрутил головой.

— А во сколько их нашли на улице?

— В 20.10.

— Ну вот, видите, а я только в 21.30 составил в ресторане этот акт смотрите, вот на нем время стоит. Так что они поджидали там кого-то другого, а не меня. А сами-то они оказали вам, кто их так отделал?

— Эта публика в таких случаях всегда одно и то же говорит: шел, поскользнулся, упал…

— Очнулся — гипс?

— Да, вроде того.

— Вы меня, инспектор, извините, но если у вас ко мне ничего больше нет, то я должен работать.

— Ну что ж, извините. Просто думал, может, вы нам сможете чем-нибудь помочь?

— Я бы с удовольствием, но, увы, нечем. Всего вам доброго.

— Спасибо, до свиданья.

Крайнов проводил разочарованного инспектора до двери и только вернулся к своему столу, как зазвенел телефон. Он снял трубку:

— Санэпидемстанция. — Это Александр Александрович?

— Да, я.

— Это Цветков вас беспокоит. Я бы хотел с вами поговорить.

— О чем же, Станислав Владимирович? Мы ведь вчера обо всем в ресторане поговорили. Акт о недовложении продуктов и фальсификации блюд я собираюсь сейчас переслать на Петровку, 38. Так что вам надо будет не со мной, а с ними говорить.

В трубке помолчали, потом голос Цветкова осторожно произнес:

— Я собственно, хотел поговорить с вами не только об этом акте. Ко мне сегодня утром приходил инспектор из угрозыска. Утверждает, что кто-то вчера вечером до полусмерти избил двух рабочих из нашего ресторана. А они, между прочим, перед этим вам угрожали. Спрашивал, не знаю ли я что-нибудь об этом. Сказал, что собирается еще и вас спросить.

— Да, он у меня только что был. Тоже интересовался моим мнением по этому вопросу.