«игра»
Тоби встретился со мной взглядом. Нет. Он не высказал возражения вслух. Спустя мгновение я отвела взгляд. Я и так знала, что мне следовало тревожиться насчет чека. Предложить Винсенту Блейку любое вознаграждение было плохой идеей.
Нет.
– С одной победой, – продолжил Блейк, – я отпущу с тобой Грэйсона Хоторна с гарантией, что я больше не сделаю своим гостем никого, кто находится под твоей защитой.
Гостем – вот как он это называет. Но для меня это предложение было заманчиво. Слишком заманчиво. Если он готов убрать руки от моих близких, значит, у него должны быть другие кнопки, рычаги давления на меня.
Гостем – вот как он это называет. Но для меня это предложение было
Если он готов убрать руки от моих близких, значит, у него должны быть другие кнопки, рычаги давления на меня.
Еще один план, как забрать у меня все.
Еще один план, как забрать у меня все.
– Выиграешь обе партии, – пообещал Блейк, – и я также клянусь сохранить тайну по делу Шеффилда Грэйсона.
Тоби вздрогнул. Очевидно, он не знал об этом рычаге воздействия, который его биологический дед держал в запасе.
– Ты принимаешь эти условия? – Блейк обращался к Тоби, и только к Тоби, словно со мной и Иви и так было все ясно.
Тоби стиснул зубы.
– Да.
– Да, – сказала Иви, ожившая настолько, что все другие ее версии казались по сравнению с этой блеклыми и неполными.
А что касается меня…
Блейк сдержит свое слово. Если я выиграю обе партии, то правда об отце Грэйсона останется нераскрытой. Люди, которых я люблю, будут спасены. Но он все равно придет за мной. Он найдет способ разрушить меня и все, что мне дорого, хоть и будет ограничен в способах.
Блейк сдержит свое слово.
– Я согласна на ваши условия, – произнесла я, хотя он и не оставлял мне выбора.
Блейк повернулся к сверкающему шахматному набору за пятьсот тысяч долларов, который я ему подарила: