Леонид побледнел и вытер ладонью лоб:

— А вот эта Анжела-Зинка? Она же у меня дома была, переставила видеокамеру.

Кречетов ехидно усмехнулся:

— И чем ты это докажешь?

Леонид округлил глаза:

— Так сразу после ее отъезда была попытка постороннего человека проникнуть ко мне в квартиру.

Николай продолжал улыбаться, саркастически покачивая головой:

— Но он же не проник. Ну, случайный человек остановился у твоей двери погремел ключами и пошел себе восвояси. Это не преступление.

Кречетов потер указательным пальцем у себя за ухом и поморщился:

— Я не первый год общаюсь с нашими спецслужбами. Профессионалов из них давно вытеснили и вышибли. Не ко двору они пришлись в наши смутные времена. Да и пенсионный возраст хороший предлог чтобы без шума и пыли избавится он въедливых и настырных сотрудников. У новых, которые пришли им на смену совсем другие взгляды и жизненные позиции, задачи, а заодно и методы решения этих задач. Поверь, я к этим новым обращался с стопроцентной доказухой международной финансовой диверсии в отношении нашей страны. Они были очень удивлены, вернее сказать разочарованы, что я отказался в этой афере поучаствовать и поиметь свой процент. Смотрели на меня с сожалением, как на умственно отсталого. Этим все и закончилось. А после того, как был объявлен курс на борьбу с телефонными террористами, вообще можно не дергаться, если нет желания приобрести лишние проблемы. Если посмотришь прессу, то увидишь, что с учеными у нас не церемонятся. Их рассматривают как потенциальных изменников. Нонешние чекисты считают, что если человеку есть, что продать, то он обязательно это продаст. А научный багаж всегда ценился за рубежом, а не у нас. Логика понятна?