Режимник тут же поправился:

— В смысле обходной лист для увольнения.

Он достал из стола бланк обходного листа и придвинул его Богданову. Тот посмотрел на лист опустошенным взором и через несколько секунд резюмировал:

— Думаю за пару дней управлюсь.

Напоследок режимник прищурил глаза и посоветовал:

— Причинами увольнения у Юлиана Федоровича не рекомендую интересоваться. Надеюсь вы сделали правильные выводы из вашего участия в гранте. Постарайтесь чтобы этот след за вами не потянулся, я со своей стороны приложу максимум усилий, чтобы у вас не появились скрытые враги.

Последний день на работе

Последний день на работе

Леонид Михайлович стоял в своем кабинете упершись ладонями в стол. Личные вещи уже были сложены в его рюкзачок. Да и было их не так много. Газоанализаторы и муравьиный стимулятор много места не занимали. Сейчас его волновало два вопроса. Первый, что делать с муравьями. Без него они становились бесхозными и судьба их вызывала опасения. Второй вопрос был сложней. Оставить здесь книгу Брейнера с вмонтированной в нее скрытой видеокамерой, или забрать с собой? Из здравых рассуждений следовало, что книгу необходимо забрать. Богданов нес за эту букинистическую редкость личную ответственность. Да и наделять своего приемника на этом месте скрытым шпионом у Богданова желания не было. Сейчас этими двумя задачами Леонид Михайлович бессознательно заслонялся от действительно большой проблемы. Сформулировать ее можно было следующим образом. Закончился еще один значительный период его относительно безмятежной жизни. Впереди лежала неизвестность.

Пришедшая Тамара Михайловна без труда разрешила обе проблемы:

— Оставляй все здесь. Позабочусь о твоих муравьях. Опыт у меня есть. Книгу тоже оставляй. Если Брейнер объявится верну ее под расписку. И не забывай нас. Навещай. Народ сейчас притих, сидят как мыши. Боятся. Но по большому счету они все на твоей стороне.

Темная полоса неустроенности.