– Светлые.

– Полностью светлые?

– Да.

Дилан выбрал другую фотографию. Крупный план лица Эйприл, на котором были отчетливо видны окрашенные в красный цвет концы ее волос и красная прядь слева.

– Они ведь не полностью светлые, разве не так?

– Разглядеть в темноте было очень трудно.

– Да, но вы издевались над жертвами – сколько времени, как вы сами говорили? По меньшей мере час, правильно? Вы утверждаете, что отрезали уже мертвой Эйприл голову, но не заметили, что волосы у нее были красные?

Арло ничего не сказал.

– Какая обувь была на Эйприл?

– Не знаю. Было темно.

– Какая обувь была на Уильяме Пейдже?

– Не знаю.

– Что насчет Майкла Тернера?

Арло заерзал на месте, и впервые у него на лице мелькнула злость.

– Я же вам уже говорил, что было темно, и я ничего не видел!

– Тела были разложены после смерти, так?

– Да, – подтвердил Арло, и слабая усмешка вернулась ему на лицо. – Я подумал, будет весело напугать миз Холли Фоллоуз, когда она вернется и увидит их такими.

Дилан сделал над собой усилие, чтобы не оглянуться на Холли, чтобы узнать ее реакцию.

– Хорошо. И когда вы раскладывали тела, вам пришлось брать в руки отрезанные конечности?

– Да, пришлось.