Она хорошо помнила то ограбление. Они сидели дома, смотрели телевизор всей семьей, и подробности этого дела стали чистейшим субботним развлечением для всех. Его еще долго вспоминали – после того, как в новостях уже забыли о нем, комики без конца шутили на эту тему. Худшие в мире грабители. Худший в истории водитель. Они тогда страшно смеялись над этим. Это было летом в Осгорстранне. Так здорово было быть всем вместе. На экране телевизора снова и снова мелькали кадры с камер наблюдения. Внутри банка, где грабители, размахивая оружием, приказали всем лечь на пол. Сигнализация выключена, профессионалы до кончиков ногтей, как в кино. Все было серьезно, а потом показали кадры снаружи. Машина грабителей на полной скорости подъехала к дверям банка, и водитель заглушил мотор. Грабители в балаклавах выбежали из банка, размахивая пистолетами, а машина не едет. Водитель вышел, без маски, даже заглянул в камеру наблюдения, открыл капот, стал копошиться в двигателе. Наконец заведя машину, он сел за руль, переехал улицу и врезался прямо в фонарный столб в двадцати метрах от банка.
Самое быстрое ограбление банка в истории.
– Так это он?
Мунк кивнул и выехал на Сёркедалсвейен.
– Он был водителем?
– Пауль Иверсон был водителем, да. Ему дали восемнадцать месяцев, в основном потому, что он идиот, как мне кажется. Вот почему он есть в нашей картотеке. Сейчас он на свободе, на пенсии по инвалидности, живет в Эстеросе.
– И?..
– И что?
Миа никак не понимала, что происходит.
Окурки?
С места наблюдения?
Але?
Завывание сирен?
Зачем он вообще заехал за ней?
Нахмурившись, Мунк опустил стекло и закурил, когда они снова остановились на красный сигнал светофора.
– О’кей, – сказала Миа. – Так мы уверены? На окурках его ДНК?
– Судмедэксперты сказали, что сто процентов.
– Значит, это он?
– Очевидно.